Видел я издалека и башню — пронзительная игла уходящая в небо. Я прикинул какого размера у нее было основание и мысленно присвистнул.
М-да. Чародеи древности были куда искусней нынешних. По крайней мере память Демидова не показывала мне что-то столь монументальное как башня, что было бы создано современными чародеями.
Башни давали защиту, но людей пропускало свободно в обе стороны. Если ты хочешь быстро разбогатеть, то можешь в составе поискового отряда отправиться в мертвые пустоши. Остатки городов с артефактами древних и части мертвых тварей для алхимиков это стоило поистине баснословных денег. Но дело в том, что разнообразные твари много лет считали пустоши своим домом и с удовольствием лакомились искателями приключений. Но все равно находились люди, которые выживали и приносили ценную добычу.
Как мне говорил дед, один такой артефакт древних может стоить под сотню тысяч золотых рублей. Да, да. Здесь в обиходе были золотые рубли — монеты с чеканкой профиля императора. Были так же серебряные рубли и медные монеты.
Приблизительный курс золота к серебру был один к десяти. Соответственно серебра к меди один к двадцати. И догадайтесь как называлась империя в которой я оказался? Нет, увы. На этом схожесть кончалась. Империя называлась Гирамской. Не менее интересными были названия соседей. На юге наша страна граничила с пятью королевствами — Цогией, Тизам, Пелолисией, Чином и Протекторатом Чи.
С севера и востока Гирамскую империю омывали моря а вот с запада….с запада были мертвые пустоши. И насколько глубоко они простирались было неизвестно.
Название городов тоже были другими. Город, в котором я сейчас находился, назывался Новоистом. Столицей империи был Тир.
Мои мысли прервал скрип двери. Я открыл глаза и обнаружил, что лежу в полной темноте разбавленной только полоской света из общего коридора из приоткрытой двери. В дверь протиснулся Юлий с небольшим бочонком.
— Ты спишь?
— Да вот… Лежу дремлю. Притомился малость.
— Давай вставай! — Юлий прямо лучился жизнерадостностью. Он поставил бочонок на стол, зажег свечу и достал два больших бокала. — Мне тут пива проиграли! Живем!
Он вытащил из бочонка деревянную затычку и забулькал над кружкой. В нос ударил медвяный с нотками цитруса запах хмеля. Ох, а пиво-то свежее и похоже что вкусное. Жаль, что я его не попробую.
— Давай. Бери кружку и отметим мой выигрыш!
— Сейчас, сейчас — я изобразил торопливость с оптимизмом. Широко улыбнулся взял у него кружку левой рукой, дождался пока он повернется за второй у мягко ударил его пальцами в основание затылка и когда он закатив глаза стал оседать, поставил стакан на стол и нагнувшись над ним нащупал на шее сонную артерию.
— Поспи пару часиков.
Их план в общем-то был понятен и не замысловат — напоить меня пивом и спровадить в туалетно-ванную комнату. По замыслу я должен появится расслабленный алкоголем и готовый к употреблению. Нет, если бы в теле парня сидел как прежде Демидов, то план имел бы все шансы на успех. Но вот проблема — теперь в этом теле я. Я даже тихо хихикнул. Ну черт, возьми…
Опять эмоции.
Ну сколько Юлию отвели на придании мне надлежащего состояния?
С учетом того, что спиртные напитки в таком количестве это тело пока еще не пробовало вряд ли долго.
Я быстро переоделся в темную одежду — черные штаны и темно зеленую рубашку с большой заколкой в виде звезды. Рубашку я позаимствовал из вещей Юлия. Сюрприз ему будет утром. Сделал легкую разминку чтобы разогреть мышцы. Заткнул бочонок затычкой и подхватив его под мышку вышел за дверь.
Что хорошо в средневековом интерьере это то что мне можно ночью становиться фактически невидимым. Свечи в подсвечниках на стенах дают мало света. Нет камер, нет контроллеров движения — красота. На самом еле из памяти Демидова я знал, что существует ряд магических артефактов выполняющие эти функции. Но зачем их устанавливать в детском доме? На питании здесь не воровали, боялись проверок, значит украли на другом — на безопасности.
Я прокрался незамеченным вдоль коридора со спальнями и остановился у узкого отростка который вел в ванные комнаты. Оттуда доносились тихие голоса. Предвкушают расправу? Ну-ну.
Поставил бочонок в тень — подожди чуть-чуть, и изобразив из себя пьяного вошел в комнату. Полусогнутые ноги, отсутствующий и остекленевший взгляд. Оскара мне!
Зрители на церемонии награждения присутствовали — неразлучная четверка и боров. Окружили. Один закрыл дверь и перегородил проход.