— Понятно. У вас будут из-за меня неприятности?
— Демидов, больше чем есть не будет. С государем я как-нибудь договорюсь. Ты главное прибудь в Тир в условленное время.
Подошла девушка, которая несла запотевший кувшин и, призывно стреляя глазками на Белоусова, прибралась на его столе и, сложив грязную посуду на поднос, удалилась.
— Хорошо, Илья Аркадьевич. Я постараюсь.
— Постарается он. Такой как ты обязательно дойдет, — Белоусов снова налил себе квасу из запотевшего кувшину. — А тем временем я постараюсь прояснить насчет твоего деда. Не нравится мне эта история с казнью. Дурно воняет от нее с учетом вновь открывшихся фактов.
— Спасибо, Илья Аркадьевич.
— Иди Демидов. И чтоб не подвел меня.
— Доброго дня, Илья Аркадьевич.
Он молча продолжал пить квас, а я встал с перил и направился на выход из беседки.
Кстати под скрытом хорошо вести наблюдение где ни будь из кустов, но на людной улице вообще невозможно двигаться. Того и гляди наткнётся на тебя кто-то, сядет на жопу и будет недоуменно смотреть по сторонам на что же он такое налетел. Народ только кажется однородной массой, но в нем есть сметливые люди, которые непременно смекнут, что здесь что-то нечисто.
Смекнут и донесут куда надо, а мне еще не хватало, чтоб открыли охоту на невидимку, то есть на меня.
Я зашел в первый же темный переулок и, оглядевшись, прикоснулся к камню скрыта. Тихий хлопок дал мне знать, что артефакт отключен.
Еще раз оглянувшись, я неторопливо вышел с переулка и зашагал в сторону северных ворот.
Забавно, что Белоусов не сказал про снятые с предателя
артефакты и скрыт, а он знает наверняка, что они у меня. Не потребовал вернуть их. Это молчаливое согласие на их использование? В принципе мне ничье разрешение не нужно, но все равно доверие приятно.
Город поражал воображение. Вроде бы в быту и отстает он нашего мира на несколько столетий, но чем больше я бродил по улицам, тем все больше утверждался в мысли, что не так уж и сильно.
Во-первых, город не вонял, что по книгам в средние века было обыденным делом. Здесь не выплескивали содержимое ночных горшков из окон, а пользовались канализацией. Кстати здесь не было даже сточных канав с текущими по ним зловонными водами, а была ливневая канализация, с коваными решетками сверху. Значит, в городе была достаточна сложная инженерная инфраструктура, включающая в себя и канализацию и водопровод. По чистой воде в реке я мог судить об том, что и очистная система тут присутствовала.
Во-вторых, общественные структуры и документооборот. Я вспомнил фразу Стаса про Первый имперский банк и специально нашел такой здесь. Банк предлагал все виды финансовых услуг, начиная с управления счетами в любом городе, где он был и, заканчивая кредитом под неплохой процент. Правда размер кредита и ставка под него сильно завесила от твоего положения в обществе. А так все было как в нашем мире — несколько кабинетов с клерками, совершающими операции с аристократами и длинные столы, поделенные на пеналы, с клерками, совершающими сделки с людьми попроще.
К слову, центральные банки в нашем мире начали создаваться не раньше конца восемнадцатого века.
В-третьих, социальное общество. Да, тут было четкое разделение на слои населения, но уже существовали и социальные лифты. Например, человек из простолюдинов мог, накопив денег поступить в военную академию. Отучиться в ней. Пойти в армию уже на правах младшего офицера и спустя двадцать лет получить дворянский титул барона с прикреплением земли.
Пусть такая возможность и была мизерной, но такие случаи были.
Как правило, более реальные случаи социального лифта — это когда простолюдин заявлял о себе как маг. Такому человеку присваивался ранг адепт и он бесплатно поступал в магическую академию, где ему даже платили стипендию. Три золотых в месяц для простолюдинов сумма огромная, на которую они должны работать годами.
Дальше все зависело исключительно от дара мага.
Тут не было крепостного права и уж тем более рабства.
Крестьяне, селившиеся на землях, того-иного рода платили разумные налоги, за которые они получали защиту и всякие плюшки типа торговля под эмблемой рода в разных городах. Люди могли работать на дворянина на полях, в шахтах или верфях, получая за это зарплату.
Города принадлежали короне, платили налоги непосредственно императорской налоговой службе и были экстерриториальны от дворянского рода, на чьей земле они находились.