Я со злостью цокнула языком:
– Не играйте со мной. Зачем вы подставили Дайсаке Акано?
Ито поставил локти на матовую поверхность стола, подался вперед и оперся грудью на сложенные вместе ладони.
– Не понимаю, о чем вы говорите, – ровно ответил он.
Я больно укусила внутреннюю сторону щеки. Появившийся металлический привкус во рту образумил, и я, меняя тактику, мягко, почти спокойно проговорила:
– Во время самой первой нашей встречи вы говорили, что будете со мной откровенны. Кажется, именно честность вы выделяли среди тех качеств, которые непременно заинтересуют меня.
– Возможно, – осторожно согласился Ито. Его изучающий взгляд не отрывался от моего лица. Казалось, он что-то прикидывает, взвешивает за и против.
– Вы были правы. Прямота – это то, что я больше всего ценю в людях. Без нее долгосрочные отношения невозможны.
Ито одобрительно хмыкнул и откинулся на высокую спинку. На его губах появилась понимающая улыбка:
– Неплохой ход. Хорошая приманка. С вами, Майя, всегда интересно общаться. Чувствуется школа брата.
Я с трудом не поддалась панике. Сдаваться было еще рано.
Ито встал, задумчиво подошел к окну и оперся на раму плечом. Рассматривая потемневшее небо, где в тучах уже виделся просвет, он не спеша проговорил:
– Но вы правы: откровенность в отношениях, тем более в наших, – необходимое условие успеха. Хорошо. – Ито повернулся и деловито посмотрел на меня. – Я не подставлял Дайсаке Акано в полном смысле этого слова, но я поддержал его кандидатуру, когда речь зашла о мишени.
Я судорожно сглотнула:
– Говоря о мишени, вы имеете в виду выбранную кем-то жертву сплетен?
– О, вы уже успели разгадать схему? – с ноткой восхищения уточнил Ито и продолжил: – Обычно хватает лишь сплетен и легкого скандала. В этот раз ситуация потребовала более радикального способа отвлечь внимание общественности. Уголовное дело – это наше ноу-хау, и, кажется, оно работает.
На секунду маска слетела с его лица, и сквозь нее прорезалось смущение мастера, чье изобретение оказалось жизнеспособным. Для завершения образа Ито не хватало изящного фужера с игристым вином, которым бы он скромно салютовал. Меня замутило от отвращения, и, сдерживаясь, я спокойно сказала:
– Да, в новостях больше не мелькают упоминания об акции протеста. Пресса занята более горячими и безопасными для собственной головы вестями.
Ито улыбнулся:
– Вижу, мы поняли друг друга.
– Не совсем, – холодно заметила я. – Вы ошиблись, если посчитали, что, убрав с пути Дайсаке Акано, как-то приблизитесь к своей цели. Ведь брак со мной по-прежнему для вас в приоритете?
– Я не убирал с пути этого актера, – снова напомнил Ито. – Идея сделать жертвой Дайсаке Акано принадлежала не мне. Тем не менее я рад, что все так получилось. Простите, Майя, но я не терплю конкурентов и предпочитаю избавляться от них решительно и быстро. Правда, в этот раз ситуация разрешилась сама собой, – вновь вставил он. В самой глубине его глаз, если присмотреться, можно было увидеть опасно тлеющий огонек.
Ито не нравился оборот, который приняла наша беседа. И что-то в слегка посуровевших чертах лица внушало мне угрозу.
– Вы думаете, что теперь я соглашусь выйти за вас замуж?
– Возможно, не сразу, – рассеянно проговорил Ито, – но, надеюсь, согласитесь.
Я сжала кулаки, изо всех сил стараясь не выдать гнева:
– Вы можете помочь Дайсаке Акано? Остановить то, что начали?
– Нет.
– Даже если я пообещаю выполнить ваше требование и выйти за вас замуж? – слова дались нелегко, но, как только они сорвались с языка, стало легче. Вот и все, Майя, ты сделала то, ради чего пришла.
– К сожалению, я ничем не могу помочь этому парню, – сожаление действительно звучало в голосе, но едва ли оно относилось к судьбе Дайса. Скорее, Ито горевал, что не может так легко заполучить меня и нужную ему страховку. – Машина уже запущена, и лезть сейчас под ее колеса попросту опасно – перемелет. Остается только наблюдать за происходящим.
– Это ваш окончательный ответ?
– Да, – помедлив, кивнул Ито. – И заметьте, как и обещал, я с вами искренен. Мог бы обмануть, заверить, что помогу, но не стану этого делать – слишком мелочно. Да и вы потом меня возненавидите.
– Я уже вас ненавижу! Вас и ваши грязные политические игры! – бросила я, вставая с кресла и прожигая Ито полным презрения взглядом. – Если вы думаете, будто смерть Дайсаке Акано что-то изменит, вы идиот!
– Майя, не забывайтесь…
– Это вы забылись! А я как раз вспомнила, кто я такая. И поверьте, увижу вас рядом с собой – пристрелю, как того эрийца.
Я, гордо выпрямив спину, стремительно направилась к двери. Уже у самого выхода меня нагнали слова, сказанные спокойно и даже доброжелательно: