– А затем эрийцы протянули нам руку помощи, развернув свои корабли, – вклинилась я. – Не понимаю, зачем ты сейчас вспомнил об этом?
– Интересный факт, – Алекс никак не отреагировал на то, что я его перебила. Он был погружен в себя, но в то же время чутко реагировал на малейшее изменение извне. Вот и сейчас его бровь насмешливо изогнулась, но он никак не прокомментировал мои слова. – Сигнал был также запротоколирован Организацией Объединенных Планет, и, согласно правилам, те, кто был ближе других, просто не могли проигнорировать сигнал о помощи. Они обязаны были вмешаться, если не хотели потерять репутацию и парочку важных пунктов в торговых соглашениях между планетами, которые курирует Организация. Хорошая вещь – протокол, верно?
Я подавленно молчала, обдумывая новую информацию. Одновременно с этим вспомнила, как Алекс однажды назвал наши кофейные посиделки протоколом. Совпадение?
– Я не буду утверждать, что эрийцы руководствовались исключительно меркантильными соображениями, вполне вероятно, их действия носили альтруистический характер, но… – Алекс выдержал паузу и подкинул монетку в воздухе. – Корабли были направлены спустя час. Такая задержка существенно уменьшила число беженцев: из миллиона бежавших от огня выжило всего десять тысяч. Именно их и привезли на свою планету эрийцы.
– И все равно они не обязаны были нам помогать, – упрямо сказала я.
– Верно, – согласился Алекс и продолжил: – Мы оказались гостями на чужой планете, где не знали, что с нами делать. Работать с беженцами, адаптировать их к новым условиям – дело хлопотное, затратное и, с точки зрения правительства Эрии, бесполезное. Допускаю вероятность, что нас бы загнали в резервации и огородили от местных жителей высоким забором с колючей проволокой, но этого делать было нельзя: вряд ли бы такое понравилось Организации, а связываться с ней тогдашние большие боссы не решались. В этот сложный момент президенту Эрии (ты вряд ли его помнишь, Майя, хотя он был весьма занятной личностью) пришла в голову гениальная идея – создать новое общество сверхлюдей на основе смешения генов землян и эрийцев. Как ты знаешь, Майя, численность эрийцев от поколения к поколению медленно, но неуклонно снижается, а потому несколько спорную затею встретили на ура. По какой-то причине эта задумка не понравилась отцу. Видимо, он опасался, что нас превратят в материал для работы, сведут нашу роль к функционалу дойной коровы. Возможно, он рассмотрел подводные камни, не знаю… Как бы там ни было, но его убрали.
– Что? – В хрипе, вырвавшемся из горла, я не узнала свой голос. Я покачнулась, но Дайс бережно поддержал меня за спину.
– Это было заказное убийство, – спокойно, но глухо пояснил Алекс. – Исполнителя я нашел, вычислить заказчика сложнее. Однако рано или поздно я сделаю и это.
– Обещаешь? – пересохшими губами спросила я.
– Обещаю, – серьезно ответил Алекс.
На мгновение повисла тишина, и, казалось, в это время порванные ранее родственные нити снова соединяются, крепнут и образуют новую сильную связь. Несмотря на разногласия, в нас с Алексом текла одна кровь. В некоторых вопросах мы проявляли пугающее единодушие.
– С идеей создания новой нации носились несколько лет – до тех пор, пока не сменилась верхушка власти. Новое правительство признало, что многочисленные неудачные эксперименты – пустая трата бюджета, и прикрыло лавочку. Начался новый виток мытарств. Мы не были нужны эрийцам, и они понятия не имели, что с нами делать. Тогда же условия нашего проживания постепенно стали ухудшаться, но на кардинальные меры притеснения они не шли. Опасались санкций Организации.
– Подождите. – Дайс нахмурился. – Вы говорите об ООП, которая распалась пять лет назад?
– Именно о ней, – с удовлетворением кивнул Алекс. – Вижу, ты следил за политическими новостями. – Дайс пожал плечами, а я задумчиво потерла указательным пальцем по левому запястью – месту, где обычно носила браслет. – Несмотря на неуклонное снижение качества жизни, еще несколько лет прошли относительно спокойно. Нам разрешали вылетать за пределы планеты, получать образование, участвовать в выборах. Вместе с этим, конечно, росли налоги, количество вакансий для наших соотечественников снижалось, но в целом все было не так плохо.