— Ну что там? — спросил Иван Афанасьевич, когда Уйдо вернулся.
— Порядок, — коротко ответил тот. — Перерезать, правда, еще немало всякой сволочи придется, но это уже издержки. Власть вернулась к династии. Владимировичи поголовно уничтожены. Перед тем сделана считка их памяти, так что информация не потеряна. Сейчас перешлю запись Навигатору и Айтосу, пусть разбираются. А пока предлагаю переговорить с фанатиками.
— Полагаешь, это именно фанатики, а не те, кто стоит за ними? — поинтересовался директор.
— Очень может быть, что и те, — не стал спорить Уйдо. — Надо же их как-то называть. Но сразу скажу, что они мне не нравятся. Особенно некромант, притворяющийся светленьким. Да-да, он напялил на себя ауру светлого целителя! Не подумав, что от мастера абсолюта свою суть скрыть невозможно. Так что если начнут настаивать, можно будет и поиграть этим фактом. Да, судя по подслушанным разговором, а эти трое даже не подумали, что их слушают, и обсуждали свои дела, нас считают профанами, которых можно легко облапошить. Вот только понять, чего они хотят, пока не вышло.
— Послушаем, что они скажут, — усмехнулся директор. — Раз нас считают профанами, это будет забавно. Много о себе мнящие господа всегда допускают глупые ошибки, ЧСВ мешает мыслить здраво.
— ЧСВ? — вскинул брови старый боевик. — Это еще что?
— Чувство собственной важности, завышенное самомнение, — пояснил Иван Афанасьевич.
— Ясно, — хохотнул Уйдо. — Действительно, когда дерут нос до потолка, это мешает мыслить. Ну, поглядим, что представляют из себя эти… гости.
На встречу с принесшими ультиматум шли с охраной, попросив восьмерых магистров и мастеров, входящих в нее, не скрывать своих аур, чтобы произвести убойное впечатление. Сами тоже развернули ауры. Особенно впечатлял профессор Маор. Мастер абсолюта, некромант, пространственник, хаосит, целитель и стихиал. Уйдо тоже впечатлял до онемения, боевика такого уровня не было ни в одном из миров, куда открывался проход со станции.
Охранники первыми вошли в выделенную для встречи защищенную переговорную, где гости будут находиться под постоянным прицелом автоматических десантных плазмеров и еще нескольких видов чисто технологического оружия. Всем этим богатством управлял Айтос, в силу своей разумности способный правильно оценить угрозу и применить именно то, что нивелирует ее. Потолок переговорной являл собой вытягивающую магию ловушку, на носящих станционные браслеты она не действовала. Глава службы безопасности об оной заботился очень хорошо, помнил, к чему приводит небрежение ею.
Охранники заняли свои места в специальных стенных нишах. Они, как и было приказано, не скрывали своих аур, отчего гостям, трем благообразным пожилым мужчинам явно стало не по себе. Да и неудивительно, послы явно не ожидали увидеть магистров столь разных направлений, на самом деле они давно достигших уровня архимастеров, а то и архимагистров, но официально на степень не защищавшихся. Все прижились на станции и дали личную клятву верности, не собираясь возвращаться в родные миры. Однако больше всего гостей поразила их совместная служба школе. Если стихиалы еще могли служить вместе с кем угодно, то магистры Света и Тьмы, не говоря уже о боевом некроманте и маге Жизни, по их меркам, могли только вцепиться друг другу в глотки. Правда, некромант был не Иданом Хаортом, тот сейчас находился на Земле принцев. Шанхадо Дуад Ставайд нанялся на «Доверие» два года назад в мире Ханзар. Проход в этот странноватый мир открылся чисто случайно, и некромант, за которым шла охота, воспользовался возможностью уйти от преследования. При этом специалистом он являлся не худшим и легко влился в команду некромантов. Клятвы с него были взяты особые, их даже архимагистр нарушить бы не смог. Причем Дуад, а он предпочитал второе имя, и не имел таких намерений, он даже позволил считать полностью свою память, чтобы доказать искренность намерений. Этому пожилому человеку просто было интересно на станции, он к ста восьмидесяти трем годам сохранил в душе наивного и любопытного мальчишку. Удивительно, но факт.