— Приехали, — грустно улыбнулся блондин, озвучивая очевидное и бросая на мой дом быстрый взгляд.
— Да, — кивнула, но выходить не спешила. Словно, нужно было еще что-то сказать или сделать, а на самом деле, наверное мне просто не хотелось возвращаться в свою квартиру, в свое одиночество, — Спасибо тебе, за приятные выходные.
— Это тебе спасибо, — усмехнулся Костя, — Я будто лет на десять назад вернулся.
— И я, — согласилась с ним, — Хорошего вам с сыном отдыха, — добавила чтобы бы заполнить паузу. Вроде можно идти…, — Пока, — улыбнулась, взявшись за ручку двери.
— Боюсь, мысли мои останутся с тобой, — хохотнул он, остановив меня, рука так и замерла в воздухе, а я посмотрела на него нахмурившись. Блондин скривился и добавил расстроенно, — Это сейчас звучало шаблонно?
— Очень, — не стала его щадить, — Как в кино или в книге.
— Черт, — хмыкнул он, — Давай еще раз?
— Попробуй, — сдерживая улыбку, разрешила ему.
— Спасибо, Наталья, привезу тебе коралловые бусы, — было видно, как и он неловко себя чувствует и немного теряется.
— Из-за моря привези. Впереди, впереди разольется море грусти, — продолжила строки известной песни.
— Нет, — качнул он упрямо головой, — Ты уезжал в далекий край, любить и помнить обещал, обещал вернуться скорей.
— Ох, Константин, ты невозможен, — всё же засмеялась, не выдержав, — Любить и помнить… Мне пора.
— Это ты невозможна, — притворно возмутился Костя, — Какое море грусти? Не хочу я на такой ноте расставаться. Давай что-то пободрее.
— Счастливого тебе пути, — серьезно проговорила, убирая вмиг веселость.
— А поцелуй? — вздернув брови вверх, изумился он, — Нам уже по тридцать, думаю в щечку уже можно.
— Да? Возможно ты прав, — чувствуя, как краснеют щеки, ответила ему игриво. Воздух как-то сгустился и тяжело вдыхался. Он мне приятен, как мужчина, любая другая уже позволила бы ему и большее, но я отчаянно трусила и была пока не готова. Это сродни прыжку с большой высоты, стоит сделать шаг и пути обратно не будет. Для меня столько лет было дикостью подпустить к себе другого мужчину и как бы меня не тянуло к нему, переступить этот барьер было сложно.
Шорох одежды и осторожно, неторопливо блондин приблизился к моему лицу. Глаза его так близко, что можно легко разглядеть желтые всполохи по краю радужки, зрачки немного расширены. Дыхание его мятное опалило мою щеку, так, что мурашки побежали по коже к макушке. Покалывая ее, пуская волну какого-то трепета по телу. Дыхание задержала. Легкие окутало его парфюмом, а теплые губы коснулись щеки.
— Ты так хмуришь лоб, будто решаешь какую-то задачку в голове, — тихо рассмеялся Костя, отстранившись на пару десятков сантиметров и наблюдая за мной.
— Так и есть, — прищурилась и, улыбнувшись, сама приблизилась к нему и поцеловала его щеку, после чего решительно открыла дверь и вышла на улицу. Забрав свою сумку с заднего сиденья, не оглядываясь пошла к подъезду.
Глава 21
Алексей
— Лёш? — позвала игриво Саша.
— М-м-м? — протянул задумчиво, продолжая печатать ответ в ноутбуке.
— Лёша…, — прошептала жена, проводя по моему бедру вверх, заигрывая, ожидая отклика на ее призыв, — Я тебя хочу…, — промурлыкала она, забирая с моих коленей гаджет и откладывая его в сторону.
— Саш, я вообще-то работал, — посмотрел на нее недовольно, — А ты, помнится, обещала лежать рядом и не мешать.
— Успеешь ты поработать, — проворчала она и начала стягивать с меня домашние штаны.
— Ты недавно из больницы, — напомнил ей, поддавшись и приподнимая бедра, — Тебе можно?
— Всё можно, — отмахнулась она, — У меня уже нет терпения никакого…
Приняв душ, вышел из ванны и прошел на кухню. Александра сидела за столом и без стеснения лазила в моем телефоне. От открывшейся картины волна раздражения прокатилась по телу, стирая все позитивные эмоции, что я испытывал минутами ранее.
— Тебе не кажется, что это мой телефон? — спросил насмешливо, складывая руки на груди и прислонившись боком к дверному косяку.
— И что? — фыркнула она, — Можешь взять мой. Или чего так напрягся? Есть что скрывать? — с вызовом спросила она.
— Есть понятие личного пространства, — холодно ответил ей, — И обычно люди сначала спрашивают разрешение, а потом берут чужие вещи.
— Можно? — ехидно уточнила она, махая в воздухе моим смартфоном.
— Нет, — ответил, с трудом сдерживая эмоции.
— Кто такая "Настя бух"? — ничего так и не поняв, вновь углубилась в мои контакты Александра.
— Бухгалтер наш, — хмыкнул, отвечая. Всё происходящее больше походило на абсурд. Или она такая ревнивая или просто не хватает воспитания, чтобы понять прописные истины.
— А "Катя Катя"? — требовательно произнесла Саша, не отлипая от экрана.
— Жена Стаса, — прожигая ее взглядом, проговорил недовольно. Мне это надоело. Преодолел разделяющее нас расстояние и выдернул грубо из ее рук свой телефон.
— Чего так нервничать? — проворчала Александра, — Просто спросить уже нельзя…
— Ты не просто спросила, — блокируя экран, бросил ей, но осекся и повернувшись, уточнил, — Как ты его разблокировала?
— Как-как? Ввела пароль, — с превосходством во взгляде вещала Саша.
— Спасибо, что палец ночью не отгрызла, — ядовито проговорил ей.
— Надо будет, отгрызу, — сузив глаза, парировала она, — Ну чё ты так сердишься? — притворно законючила жена, — Мне так спокойнее, — Александра поднялась со стула и, подойдя ко мне, попыталась залезть рукой в мои штаны. Поймал ее запястье и, смотря в глаза, серьезно отчеканил:
— Никогда не бери мои вещи без спроса.
— А то что? — вздернула она брови вверх, — Ты мой муж и я могу брать и проверять всё, что захочу. Или ты думал, я лохушка, которая будет ходить с рогами и верить тебе на слово?
— Не суди всех по себе, Саш, — теряя интерес к разговору и к ней, отталкивая ее руку, произнес безразлично, — Или ты считаешь, что все к женатым в штаны лезут?
— Так ты против и не был, — с обидой выпалила она, — Что-то не сильно сопротивлялся. Не строй из себя святого, Лёш, у тебя рыльце у самого в пушку. А-то я вся такая плохая, а ты порядочный и честный.
Не стал ничего больше говорить, отвернулся, доставая чашки из шкафа. Слова ее задели. Конечно, Александра права. Я сам был не против ее подкатов, сам изменял Наташе. Врал, крутился, как уж на сковороде. Какой смысл только ее в этом обвинять?
— Лёш…, — обнимая меня, прошептала мне в плечо Саша, — Я тебя люблю. Боюсь потерять. Ну, прости меня… Я сейчас так уязвима, мне страшно…
Голос у нее искренней, тихий, вкрадчивый, задевающий что-то внутри меня.
— Если хочешь что-то узнать или взять, просто скажи, — мягче произнес, вздыхая.
— Хорошо, любимый, — покладисто согласилась жена, кивая головой, — Я больше так не буду…
— Саш…, — остановил ее, так как женская рука снова юркнула под резинку штанов.
— Тш-ш-ш…, — шикнула она, — Я соскучилась…
Мне казалось, что мы притремся, ведь в нашей совместной жизни было и хорошее. Я привыкал к Саше, приобретал новые привычки, менял уклад своей жизни. И она старалась, даря мне свою любовь. Девушка начала готовить и стала поддерживать дома видимость порядка. И вот в этот момент, когда я смог расслабиться, иначе посмотрел на всё случившееся, судьба преподнесла мне сюрприз. Жестокий и неприятный. Еще утром, уходя на работу, я целовал свою жену, думая, что она хрупкий цветок, но после звонка тети Люды, рухнуло всё. Изменилось в миг. Розовые очки спали с олуха, что купился на ложь этой дряни и предал ту, у которой действительно был первым и единственным, ту, что на самом деле и была моим цветком..
Новоиспеченная жена лежала на диване с телефоном в руках и залипала в него. При моем появлении она встрепенулась, поднялась на ноги и стала судорожно собирать фантики от конфет с пола.