– Для чего они нужны?
– Мы говорили с тобой о сути вещей, о том, что семя можно превратить в дерево, так как в нем это уже заложено. Не уверен в этом, но могу предположить, что это все возможно лишь потому, что где-то Серые нити переплелись определенным образом. Не наша с тобой воля определяет то, чему и чем быть, а именно Серые нити. Они не позволяют камню стать цветком, а цветку птицей.
Девушка кивала, пока слушала рассуждения Эвиса.
– Хотела бы я увидеть и почувствовать их, – задумчиво сказала она. – Не считаешь ли ты, что Арнир не просто так звал тебя с собой, а именно потому, что ты видел Серые нити?
– Возможно… я об этом даже не подумал. Считаешь, в этих видениях есть особый смысл?
– Да. И наверняка рано или поздно ты постигнешь его.
Эвис добродушно улыбнулся, кивнул и сказал:
– Обязательно, но сейчас от этого мало пользы.
– Не грусти. У тебя есть время. А вот у Ремая почти нет. Ты часто обсуждаешь с ним происходящее?
– Нет, мы мало разговариваем. Я знаю, ему тяжело. Он старается это не показывать, но оно и так видно. Такое не скроешь.
– А зачем здесь Танир и Ирид? Они ведь не при чем.
– Танира попросил пойти я. Он согласился, так как хотел развивать в себе отблеск. Ирид? Он сам увязался за нами. Не скажу, что не доволен этим. Без него мы бы давно уже впали в отчаянье. Этот человек умеет бодрить. Не знаю, зачем ему нужно все это. Думаю, он просто хочет добиться какой-то общей справедливости. Доказать то, что решать столь сложные вопросы могут не только люди, имеющие власть или особые силы, но и те, у кого этого всего отродясь не было.
– Ты хочешь предложить мне пойти с вами?
– А ты бы согласилась?
– Да. У вашего пути есть цель, а у моего – нет. Я сузила весь мир до самой себя и при этом исключила себя из него. Это длится уже много лет. Может быть, все и двигалось к тому, чтобы я встретила здесь тебя? Может быть, я и сидела на месте, именно ожидая всех вас?
Часть вторая: Ведьма. Глава 5.
Приняли решение не ремонтировать навес, а поменять целиком. Ирид не ошибся, говоря, что старая конструкция вот-вот рухнет. Одного сильного удара рукой по опоре хватило для того, чтобы сооружение обвалилось.
– Здесь и моя голова не выдержала бы, не то что ее, – с ухмылкой проговорил Ирид.
Ремай осмотрел места, где навес крепился к стене, и сказал:
– Пусть дом и из глины, но здесь в нем деревянные вставки – за них он и держался. Нужны только доски и хорошие гвозди, чтобы установить новый.
Мужчины оттащили остатки обвалившихся гнилых досок в сторону. В город за необходимым они отправились вместе.
Ирид с упорством торговался с кузнецами за гвозди, пытаясь снизить чрезмерно завышенную цену. Те объясняли, что железо в последние годы обходится дорого и не находится у них в избытке, а хорошие гвозди из того материала, что имеется, делать сложно. Ирид горячо пояснял, что, даже живя в лесу, можно иметь его в достатке. Он зачем-то принялся объяснять, как можно легко и просто делать гвозди. Кузнец стал активно возражать в ответ.
Спор прекратил Ремай, бросивший на стол две золотые монеты из своего кошелька. Это больше, чем просил кузнец.
Досок принесли столько, сколько смогли нести на себе. Также они купили три легких топора.
Когда мужчины вернулись, Сэйра и Эвис сидели на древесине, из которой раньше состоял навес. Юноша рассказывал какие-то детские сказки, а девушка слушала его с улыбкой.
– Мы вам не помешаем? – спросил Ирид, подходя ближе.
– Нет, нам хорошо вдвоем, но с вами будет еще лучше, – приветливо проговорила Сэйра.
– Сегодня не успеем закончить – местные торговцы тянут не только деньги, но и время, – пожаловался Ирид.
– Это неважно. Нам пока спешить некуда. Присаживайтесь. Эвис вам уже все свои сказки рассказывал?
Подошедшие мужчины переглянулись. Ремай ответил:
– Он никогда их нам не рассказывал. Мы и не просили.
– Вот как… а почему не просили? Вы долго шли вместе. О чем вы вообще разговаривали все это время?
– Ни о чем. Молчали по большей части, – сказал Ирид. – Ремай и Эвис молчуны, каких свет не видывал. Танир если и скажет что, то, кажется, лучше бы молчал. А я больше сам с собой говорить привык. Ладно, шучу. Во всяком случае, насчет последнего.