– Не сравнивай нас с собой – мы умеем держать слово… и говорим открыто, не строя планов за спиной, – выговорил Ремай.
– Вот и я к этому стремлюсь. И, знаете, получается! Я хочу кое-что сделать, но именно с вашего согласия. Я мог бы проделать это в тайне, но принял решение действовать открыто.
– Что тебе от нас нужно? – спросил Эвис.
– Уверенность в том, что мы заодно – сломаем ветку и вместе разберемся с последствиями, какими бы они ни были.
– Говори! – потребовал юноша.
– Для начала поясню, что должно произойти после того, как ветка будет сломана. Сразу скажу, что я не знаю наверняка, а могу только предполагать. Тот, кто назвался Творцом, не явится сюда – это было бы глупо, так как он уже потратил много сил, придя мстить за Зверя. Для него сейчас ослабнуть – это все равно, что умереть.
– В чем тогда смысл сигнала? – спросил Эвис. – Разве он не для него.
– Думаю, он предназначается существу, которым так любезно со мной поделился Ремай. Сейчас даже не знаю, что бы я без него делал. Но, это уж пока упустим. Сломай ветку – тварь оживет и не успокоится, пока не убьет меня или не сдохнет сама. Возможно, сломанная ветка также станет сигналом для камня. Сигналом выпустить девчонку. Понимаешь, Эвис?
Юноша кивнул.
– Я не понял! – возмутился Танир. – Она и так у тебя на шее. – Зачем нужен какой-то сигнал? Почему нельзя просто убить?
– Хорошие вопросы, мой друг! – бодро воскликнул Арнир. – Первая причина – она не поняла, что нужно пробудиться. Вторая – я изменился, чтобы стать незаметным для Зверя. Эти изменения никуда не делись. Творец не учел это. Тварь от этого не может распознать истинную цель так просто, поэтому и спит себе мирно. Пробудившись, она все поймет, но поймет не сразу.
Ирид невольно кивал. Остальные слушали, почти не двигаясь.
– Я смогу доверять Вам, если только вы примете кое-что, – продолжил Арнир.
– Что же это? – спросил Ирид.
– Сейчас покажу, – сказал Арнир.
Он встал, подошел к воде, набрал немного ее в ладонь и повернулся к людям, с которыми вел разговор. Вода засветилась фиолетовым светом. Он убрал руку. Жидкость не пролилась на землю, а осталась висеть в воздухе. Она разделилась на четыре части.
– Эвис, Ремай, Танир, Ирид, – сказал Арнир, – если вы сейчас коснетесь этих капель, то тварь, когда пробудится, будет видеть в вас меня. Воспримет всех нас за одного человека. Сэйра, тебя я в это не намерен впутывать. Понимаете?
– Нет, – ответил Ремай и пожал плечами.
– Я передам вам частицу своей сущности… былой сущности. Если это существо проснется и убьет меня, то оно просто так не уйдет. Оно будет думать, что я жив, пока живы вы. Понимаете? Я прошу сделать это. Так я буду знать – у нас одна цель.
– Если Эвис на это пойдет, то и я тоже! – закричал Танир.
– И я! Если я с вами, то во всем, – крикнула Сэйра.
Ирид громко усмехнулся и сквозь зубы произнес:
– Вот сволочи…
Часть четвертая: Камень. Глава 4.
Стоял небольшой туман. Воздух влажный. Несмотря на то, что рассвет уже наступил, солнце оставалось скрытым за густым слоем облаков.
Раздался еле слышный хруст. Разломленная пополам веточка упала на землю.
Вопреки общим ожиданиям, все вокруг осталось прежним.
В тот самый миг, когда произошел перелом, Эвис почувствовал резкую, пронзительную боль в груди – сердце дернулось с невероятной силой. Он представлял этот момент с тех самых пор, как творец оставил его в избе. Он представлял, как ломается веточка, как разлом распространяется на все вокруг, разрушая небо, землю, все сущее...
Но мир не изменился, а остался прежним. Все также стояла тишина, нарушаемая криками птиц, раздававшимися то совсем рядом, то с другого берега реки.
Эвис посмотрел на спутников – Ремая, Танира, Ирида и Сэйру. Смятение, отражавшееся на их лицах, подтверждало его собственные ощущения. Никто не сомневался в силе заклятия. Каждый понимал – зло вот-вот вырвется на свободу. Никто не допускал мысли о ничтожности совершенных действий.