Эвис оглядел присутствующих.
– Иди, – сказал Ирид.
Ремай молча кивнул.
Сэйра подошла и нежно обняла его. Девушка вновь заплакала.
Когда она отпустила юношу, он еще раз посмотрел на каждого из своих спутников, на лежащего у дерева Танира, глубоко вдохнул и коснулся камня.
Юноша тут же пропал из реальности во вспышке яркого красного света.
Камень остался висеть на том же месте.
– Они смогут выйти. Дверь открыта, – сказал Арнир.
Некоторое время они стояли молча. Тишину нарушил Ирид.
– Знаешь, Ремай, почему я пошел вслед за вами? – спросил он.
– Откуда мне знать? – проговорил Ремай. – Делать тебе было нечего, пожалуй. Если только так.
– Я пошел вслед за вами, а точнее, за ним, потому что все вокруг глупцы, которые не видят даже то, что перед носом.
– О чем это ты?
– Девчонка должна быть возвращена, иначе быть беде.
– Не понимаю…
– В городе силу Эвиса восприняли как нечто должное. С радостью, так как он использовал ее во благо. Первые дни она для всех была чудом, а он чуть ли не божеством, сошедшим с небес, дарящим каждому великое счастье. А потом? Потом каждый стал желать, чтобы он помог именно ему. Конечно, на всех парня не хватало. Горожане уже испытывали вовсе не добрые чувства. Они стали считать, что он обязан им чем-то. Они требовали все больше и больше. Помнишь, как он переносил все. Он никогда не возражал, когда слышал необоснованные упреки. Он закрывал глаза и произносил одно единственное слово. Он с кровью на лице чинил дома, кряхтя от усталости, а старухи подходили и плевали в него. Знаешь, что он произносил в эти моменты?
– Эльда, – сказал Ремай.
– Верно. А представь, что с ним станет, если ее не удастся вернуть?
В этот момент из камня полился яркий красный свет.
ИНВЕРСИЯ: БЕЛЫЙ
Ничего.
Значение слова дошло не сразу. Надпись давно исчезла, но он все равно видел ее каждый раз, когда закрывал глаза. Даже в одном слове может быть много смысла. Так много, что он не умещался в разуме.
Вначале Эвис кружился, пытаясь предсказать, где появится неведомый враг. Он хотел предугадать действия, не дать напасть исподтишка. Юноша понимал, что опасность где-то рядом, но не мог понять, от чего именно она исходит.
Нападения не будет.
Когда пришло осознание этого, он стал неистово кричать, вызывая на бой того, кто не дал достигнуть заветной цели. Огонь ненависти сжигал изнутри. Хотелось уничтожить все вокруг.
Но ничего рядом не было.
Только он и камень.
Эвис опустился на незримый пол, закрыв лицо руками, словно пытаясь спрятаться от невыносимой реальности.
Вскоре юноша убрал руки и посмотрел на зависший камень. Казалось, внутри самоцвета находилось пламя. Он слегка колебался в воздухе, будто осознанно маня к себе.
Коснись – уйдешь.
Уйдешь и будешь жить, как хочешь. Жить, как хочешь, с кем хочешь, для чего хочешь. А если удастся лучше понять тайны отблеска, то еще и сколько хочешь.
В памяти всплыли обрывки воспоминаний: тот день, когда он впервые ощутил в себе зарождающуюся силу, которую тогда, в детской наивности, назвал даром. Да, когда-то это казалось волшебством, сошедшим со страниц прекрасных книг. Из сказок, где добро всегда побеждает зло. Из историй, в которых любые испытания, выпавшие на долю героев, лишь укрепляют их дух и помогают обрести путь, дом, близких. Из легенд, в которые он верил всем сердцем. Верил раньше…
Он вспоминал, как крохотная Эльда гордо выставляла перед ним ладонь. На ней, словно крошечные феи, плясали разноцветные огоньки, переливаясь всеми цветами радуги. Он завороженно глядел на волшебство, воспринимая его как истинное чудо, как знак, указывающий на скрытый смысл его существования, как обещание скорого откровения.
Он посмотрел на огоньки, созданные сестрой, а потом, неуклюже подражая ее движениям, попытался сотворить их сам. Пять бледных искорок нехотя слетели с ладони и тут же растворились в воздухе, оставив после себя тонкую струйку дыма. Нет, не только дым. Еще звонкий, неожиданно чистый и искренний смех Эльды. Заразившись ее весельем, Эвис рассмеялся. Он нежно провел рукой по волосам девочки. Они были спутанными, местами свалявшимися в колтуны. Местами отсутствовали – вырваны. Внезапно Эльда испуганно вздрогнула и отпрянула, словно дикий зверек. Эвис сорвал маленький синий цветок и протянул ей. Девочка с недоверием посмотрела на него, потом робко взяла растение и, помедлив, вплела себе в волосы. На лице расцвела неуверенная улыбка.