– Я не просил тебя появиться, – произнес юноша. – Не знаю, откуда ты. Не знаю, как ты связан с моей жизнью. Во снах… да, во снах видел тебя, но никогда не было объяснений. Скажи, почему ты со мной?
И в тот же миг фигурка ожила. Ожила так, как оживали игрушки, созданные Эльдой. Но Эвис не удивился. Он словно ждал этого.
Лисенок встал на четыре лапы, неуклюже покачнулся и помахал хвостом. Черные нарисованные глазки блестели. Фигурка ловко запрыгнула на колено Эвиса и легла, свернувшись калачиком.
Эвис провел по ней пальцами. На ощупь – обыкновенное дерево. Лисенок от прикосновения заерзал, словно подставляя спинку для того, чтобы ее чесали.
– Не хочешь рассказать, кто ты? – спросил юноша.
Нет ответа.
– Ладно. Возможно, позже.
Он взял синий цветок и деревянную расческу, прижал руку к груди и замер.
Не дышал.
В этом не было смысла.
Он это принял.
Мысли?
Их удалось прогнать.
Он полностью сосредоточился на предметах, находящихся в руке. От них исходило приятное тепло. Оно исходило и от крохотного лисенка, разместившегося на колене.
Для него все вокруг перестало существовать. Ушли и тревоги. Осталось только ощущение того, что рядом находится что-то родное.
Что-то близкое.
Шло время.
Он не двигался. Ничего не менялось.
Связь с тем, что окружало, полностью исчезла.
Время шло.
Много времени.
Потом оно словно остановилось.
Юноша сидел неподвижно, погруженный в это блаженное состояние, и ничего не происходило.
– Похоже, нам все-таки придется поговорить, – раздался рядом тихий голос.
Мальчик стоял рядом и тряс Эвиса за плечо.
– Давай все решим на раз, – предложил он.
Эвис открыл глаза. Расческа, цветок и лисенок исчезли.
Он сам находился уже не на развалинах, а в том месте, где впервые встретил странного ребенка.
Стоял день. Яркий, солнечный день, но в небе зияла прореха – клочок ночного неба с одной-единственной сияющей звездой.
Юноша сидел на тропинке из цветных тряпок. С одной стороны от него карбункул, с другой – стеклянная преграда, скрывшая Эльду.
– Я вынужден тебе все рассказать. Очень жаль, но после этого дороги назад не будет, – произнес мальчик. – Думал, можно обойтись без этого, но ошибся. Ты слишком упрямый. Эвис, могу я попросить тебя кое о чем?
– Проси, – сказал Эвис.
– Прости за то, что произойдет, – с грустью в голосе произнес мальчик.
ИНВЕРСИЯ: ЧЕРНЫЙ
– Прости, за то, что произойдет.
Эвис стоял задумавшись.
Молчание.
Никто не спешил сказать что-либо. Они смотрели друг на друга. Мальчик, как и при первой встрече, выглядел спокойным и безмятежным. Глаза ясные и светлые. Лицо истинно детское. Ни тени злорадства или ненависти. Самый обычный ребенок. Ухоженный и опрятно одетый. Явно не из бедной крестьянской семьи.
– Кого там никогда не было? – спросил Эвис.
Мальчик не ответил.
– Ты назвал это загадкой, но это всего лишь вопрос. К любой загадке можно подобрать ключ. Нет загадок без ключа. Без него смысл теряется, – продолжил Эвис.
– Эльда получила ключ, – пожал плечами мальчик. – Она нашла ответ, но он ей не понравился. Ты и сам видел реакцию.
– Ты сказал ей что-то обо мне?
– В некотором смысле… пусть будет – да. Про тебя там тоже было.
– Это нечто плохое.
– Очень плохое.
Опять молчание.
Юноша нервничал.
Мальчик сохранял спокойствие.
– Почему она поверила в сказанное или показанное? – спросил Эвис.
– Во-первых, я был убедителен. Во-вторых, рассказанное является правдой.
Молчание.
– Ее глаза были наполнены болью и ненавистью, – произнес Эвис. – Я видел ее во многих сложных ситуациях, но никогда она не смотрела на меня так. Ты уничтожил ее. Не представляю, как можно было добиться этого. Значит, сказал правду, связанную со мной? Почему она хотела моего ухода? Я не сделал ничего такого, что могло ранить ее так сильно.