По шагам я поняла, что он направляется к двери. Моя молниеносная реакция, выработанная годами, не подвела. Метнувшись в сторону, я спряталась в нише за огромной вазой с цветами. Дверь библиотеки открылась, и из неё вышел отец, напоминающий грозовую тучу. Когда он резко прошёл мимо, не заметив меня, я перевела дух. Из библиотеки доносились звуки покашливания и льющейся воды в стакан. Выждав несколько минут, я выбралась из своего укрытия и, как ни в чём не бывало, подошла к приоткрытой двери библиотеки. Тихонько постучала.
Прочистив горло, мачеха сказала:
— Входи!
Толкнув дверь, я увидела мачеху, сидевшую в кресле у камина. Её взгляд был устремлен куда-то вдаль. В руке у неё был наполовину пустой стакан с водой.
— Садись, — произнесла она, не поднимая глаз.
Я послушно опустилась на диван напротив неё. Несколько секунд длилось молчание, затем мачеха, наконец, посмотрела на меня. Её взгляд был настолько полон ярости, холода и злости, что если бы всё это, как говорят, убивало, она бы уже десять раз убила меня.
— Готова? — спросила она.
— К чему «готова»? — осмелилась я спросить дрожащим голосом.
Мачеха вздохнула и слегка наклонила голову:
— Тебе предстоит много нового узнать и выучить. Надеюсь, ты не разочаруешь своего отца… - немного подумав, она добавила. - На твоем месте, я бы руками и ногами вцепилась в предоставленную возможность… - и она в ярости бросила в камин недопитый стакан. Я вздрогнула от звука разбитого стекла.
Не дожидаясь моего ответа, она поднялась и направилась к двери. Я встала и последовала за ней. Мы вышли из комнаты и молча пошли дальше по коридору.
Вскоре мы оказались возле комнаты, которая когда-то была моим классом. Перед тем как открыть дверь, мачеха сказала:
— Но не надейся на поблажки. Какое будет наказания, ты и так знаешь, — с этими словами она открыла дверь. Подталкиваемая ей, я шагнула внутрь.
Господи, как давно это было?
Когда-то моим образованием занимались «наравне» с братом. Отличалось лишь то, что я обучалась здесь, дома, а он посещал элитную школу. Моим первым и единственным педагогом был Вениамин Степанович, ставший мне настоящим другом и опорой в этих стенах. Но всё изменилось после того, как мачеха услышала наш с ним разговор.
В тот день мы занимались математикой, которая легко мне давалась, как и шахматы:
— Ну что, Алина, прямо скажу: хорошо справилась с задачей, — сказал Вениамин Степанович, проверяя мою работу. — Ты действительно очень умная девочка. А как твои успехи в шахматах?
— Мне сложно судить, но я бы очень хотела поучаствовать в каком-нибудь турнире.
— Ух ты! Даже так! — искренне обрадовался он. — Ну что ж, я могу поговорить с твоими родителями. Шахматы требуют логики и стратегии, а у тебя эти качества прекрасно развиты… - и после паузы добавил: - Но помни – успех приходит не сразу. И придется очень много работать над собой.
— Конечно, я понимаю, — согласилась я. — Вы же всегда говорили, что главное — упорство и терпение.
— Верно, — подтвердил Вениамин Степанович. Затем он задумался и добавил: — Знаешь, Алина... Мне почему-то кажется, что твоё будущее будет ярким. И если будешь продолжать в том же духе – сможешь добиться чего угодно!
Эти слова поразили меня. Я никогда не думала о своём будущем так серьёзно, но тогда я почувствовала, что впереди, если поднапрячься, и правда может быть нечто особенное.
— О чём разговор? — прервала наш разговор мачеха с выражением лица, не предвещавшим ничего хорошего.
— Да так, — замялся Вениамин Степанович. — Я просто хвалил свою подопечную, которая способна многого добиться.
— Вот как… Ну что же, продолжайте, — сказала мачеха и оставила нас.
И через несколько дней после этого разговора занятия с Вениамином Степановичем прекратились. Он больше не приходил, а мне сказали, что для помощи по дому не нужны особые знания.
— Ты так и будешь стоять? — резкий голос мачехи выдернул меня из воспоминаний.
Взглянув на неё, я автоматически шагнула вперёд – и тут заметила человека, сидевшего за длинным столом в центре комнаты.
— Ну, добро пожаловать, — произнёс мужчина мягким голосом, приглашая меня сесть напротив него. — Алина, надеюсь, ты меня помнишь?
— Конечно, Вениамин Степанович! — в первые секунды я не могла скрыть радости от нашей встречи и в порыве даже хотела его обнять, но его холодный взгляд остановил меня от необдуманного поступка, и я взяла себя в руки. — Рада вас видеть, Вениамин Степанович.