— Ну что же, я буду твоим наставником или учителем, как тебе удобнее, до окончания учебного года.
Я осторожно опустилась на стул.
— Не беспокойся, — продолжал он, кладя книгу на стол. — Наша цель — заполнить пробелы в твоих знаниях. Чего-то большего я от тебя требовать не буду.
Кажется, мачеху удовлетворил его ответ, и она коротко кивнула.
— Приступим?! – сказал он, раскрывая перед собой лежащую книгу.
Я лишь кивнула в ответ, надеясь, что мачеха оставит нас, и я смогу как следует поприветствовать своего учителя. Но этого не произошло: она села рядом со мной и оставалась с нами часа полтора... Но, наконец, явно устав, она ушла, сказав на прощание:
— Что ж, меня вполне устраивает программа обучения, но не усердствуйте слишком сильно, Вениамин Степанович.
— Да, конечно, — словно извиняясь, ответил он.
За ней закрылась дверь, а учитель сухо предложил продолжить. Вся моя радость от его холодности разом улетучилась.
Несмотря на это, время за уроками пролетело незаметно, и когда часы пробили шесть вечера, я поняла, что провела за учебниками целый день.
Вениамин Степанович закрыл книгу и посмотрел на меня:
— Отлично, — отметил он. — Ты очень быстро усваиваешь материал. До завтра Алина, - и тут как-то по-особенному, тепло улыбнулся мне.
Я поблагодарила его и вышла из класса, чувствуя одновременно усталость и удовлетворение. Ведь впервые за долгое время я делала что-то, не имеющее никакого отношения к мытью посуды и уборке туалетов. Но радость моя длилась недолго.
— Куда-то торопишься?
Услышав голос брата, я вздрогнула и чуть не споткнулась.
— Ну, тише, тише, — сказал Андрей, схватив меня за руку и прижав к себе. — Слышал, у кого-то приятные перемены в жизни, — продолжал он тихо нашёптывать, накручивая мою прядь волос на палец. От его прикосновения меня бросило в холод, и я попыталась отстраниться, но его хватка была крепкой.
— Отпусти, — еле слышно прошептала я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри меня – тряслась каждая клеточка.
Андрей усмехнулся, но не отпустил меня:
— Разве нельзя просто поговорить? Я ведь тоже рад за тебя. Может, отметим?
Его дыхание было горячим на моей шее, и от этого становилось ещё тяжелее дышать. Я понимала, что сопротивляться бесполезно, но всё равно сделала попытку вырваться.
— Оставь меня в покое, — сказала я гораздо громче, чем хотела, о чем тут же пожалела.
Андрей резко отпустил меня, его лицо мгновенно изменилось, став холодным и злым. Я была готова к тому, что, как обычно, он сейчас меня ударит… Но неожиданно:
— Ладно, как скажешь, — произнёс он, делая шаг назад. — Только помни, я всегда рядом...
Я молча кивнула и поспешила уйти, прежде чем он успел сказать что-то ещё. По привычке побежала в крыло для прислуги, но меня остановила управляющая:
— Ты явно что-то забыла.
— А? Что?
Видя мою растерянность, управляющая не смогла скрыть раздражения:
— Пойдем, покажу тебе твою новую комнату, — процедила она сквозь зубы, недовольная тем, что ей приходится тратить на меня время.
Я покорно пошла следом. Мы шли по коридорам, которые казались бесконечными, и наконец, остановились у одной из дверей.
— Вот твоя новая комната, — сухо сообщила управляющая, открывая дверь.
Я нерешительно шагнула внутрь. Комната была просторной и светлой, с большими окнами, выходящими в сад. В углу стояла огромная кровать с балдахином, а рядом — туалетный столик с зеркалом.
— Это... моя комната? — спросила, не веря своим глазам.
— Да. Если что-то понадобится, ты знаешь, где меня найти.
Она вышла, хлопнув дверью, и я осталась одна. Осмотревшись, подошла к кровати и легла на нее, наслаждаясь непривычной мягкостью матраса. Впервые за долгое время я почувствовала себя намного комфортнее… и не заметила, как провалилась в глубокий сон.
4 Глава
Алина
Теперь каждое утро начиналось одинаково – с уроков этикета. Мачеха подробно объясняла, как правильно держать вилку и нож, как элегантно сидеть на стуле, как непринужденно вести беседу с важными людьми.
— Держи спину прямо! — строго говорила она, когда я пыталась, хоть на секунду, расслабиться.
— Но ведь так неудобно… — пробовала я возразить, чувствуя, как плечи начинают затекать, а спина болеть.
Она недовольно фыркнула:
— Я смотрю, у кого-то голос прорезался, - не скрывая всю свою неприязнь воскликнула она. – В любом случае, ты должна выглядеть безупречно всегда, даже если тебе кажется, что никто не смотрит. Давай ещё раз: как ты поприветствуешь важного гостя?