Юлек очень ясно представлял себе, как удивится и обрадуется дядя Антось (так его Юлек называл про себя, уже почти считая себя племянником) и как начнет расспрашивать о Зенеке. А потом они с Марианом вернутся. Примчатся на остров и еще издали крикнут Зенеку: «Нашли! Дядя Антось сегодня (или лучше завтра, а то слишком быстро) к тебе приедет!» И тогда Зенек не только Мариана, но и Юлека, хоть он намного моложе Зенека, назовет своим товарищем. И пригласит их в Стрыков, и они будут встречаться, и завяжется между ними большая, замечательная дружба, дружба на всю жизнь…
И всего этого не было. Было только молчание Зенека и его лицо, в котором было что-то такое, что Юлеку стало не по себе.
— А по-моему, зря Зенек так из-за этого переживает, — сказал Мариан. Ему и раньше казалось, что Зенек перебарщивает, и теперь он тоже не мог отделаться от этого чувства.
А кроме того… Мариану, разумеется, и в голову не приходило требовать благодарности, но все-таки… Ведь они с Юлеком немало сделали, чтобы помочь гостю, потратили деньги, сгоняли двадцать километров — и после всего этого челочек поворачивается к тебе спиной и удаляется, не сказав ни слова!
— Да, вел он себя действительно странно, — задумчиво проговорила Вишенка. — А может, он знаете почему так? Он ведь решил этого дядю отыскать и дома всем пообещал, а теперь вроде бы оказался в дураках…
— Вот именно! — подхватил Юлек. — Целых три недели искать человека и найти фигу с маслом! Я бы тоже бесился не знаю как.
Уля, погруженная в свои мысли, не принимала участия в разговоре. Нет, не злость и не раздражение были на лице Зенека, когда ребята объявили ему печальную новость. Почему он так побледнел, почему в глазах его появился страх? Нет, это была не злость, а что-то другое, гораздо хуже…
— Он не выполнил своего решения, потому что ему помещали высшие силы, — поучительно сказал Мариан, обращаясь к Вишенке. — Если бы строительство моста в Стрыкове не было исключено из плана, все было бы иначе. Так что его ни в чем нельзя упрекнуть.
На Юлека «высшие силы» произвели некоторое впечатление, и на этот раз он промолчал.
— Ну ладно, — сказала Вишенка. — Теперь главное — что ему делать дальше.
— Как — что? Вернуться домой, и все, — не задумываясь ответил Мариан. — Конечно, когда нога заживет.
— Но пока он побудет на острове, правда? — взволновался Юлек. — Я хочу, чтоб он остался!
— Конечно, он должен остаться, — немедленно поддержала его Вишенка.
— Ведь на острове так здорово!
Ни Вишенка, ни Уля, ни Мариан не ответили. Они согласны были с Юлеком — на острове действительно здорово, но вот что думает на этот счет Зенек? Как-то не было у них полной уверенности…
Я сбегаю за ним, ладно? — спросил Юлек, вновь загоревшись жаждой деятельности. — Скажу ему, чтоб он не огорчался. Мы его оставляем здесь, и всё!
— Все пойдем, — решила Вишенка.
Они нашли Зенека на поляне.
Он лежал на животе, уткнувшись лицом в скрещенные руки. Им показалось скачала, что он спит, но, когда они подошли, он поднял голову.
— Слушай… — начал Юлек.
Зенек смотрел в землю, машинально вертя в пальцах травинку. Лицо у него было скучное и равнодушное, он словно и не слышал Юлека.
— Слушай… — повторил Юлек и замолчал, обескураженный этим равнодушием.
Однако он поборол себя и заговорил быстро-быстро, с горячим убеждением. Все будет хорошо. Зенек не нашел дядю только из-за высших сил. И он может жить на острове, пока не заживет нога, и вообще, сколько пожелает. Сюда никто не ходит. А с едой они всё устроят, и вообще. И приручат Дуная. И Зенеку совсем не будет скучно, они ведь будут приходить каждый день… А если Зенек захочет, они принесут на остров книжки. У Юлека есть «Приключения Виннету», а у Мариана книжка про один корабль, и вообще будет замечательно, вот увидишь…
Зенек выслушал все это с полным безразличием, по-прежнему играя травинкой. Потом лег навзничь и уставился в небо. Можно было подумать, что во всем мире его интересует только белое облачко, плывущее по голубому небу.
Ребята переглянулись и беспомощно опустили руки. Мариан забыл о черной неблагодарности Зенека, это были пустяки. Теперь он хотел одного — вывести парня из этого невыносимого оцепенения. Но как найти нужные слова?
А Уля? Уля тоже не могла найти нужных слов. Может быть, если бы она была с ним одна… но так…