Но пока все было спокойно. Вот они уже пересекли поле, миновали рощу, вошли в деревню. Неподалеку от дома доктора Юлек схватил Мариана за рукав:
— Мотоцикл!
У одной из соседних изб стоял мотоцикл с коляской.
Мариан присмотрелся к машине.
— Это его. Милиционера.
Они осмотрелись по сторонам — никого. Уля, доктор и Зенек уже подходили к калитке. Еще мгновение, и Зенек скроется в доме, не замеченный неприятелем. Юлек уже набрал в легкие побольше воздуха, готовясь вздохнуть с облегчением, и вдруг затаил дыхание: по ту сторону дороги, в глубине одного из дворов, показался Виктор. Он шел неторопливо, вихляя бедрами. За ним следовал толстый Владек. Они сразу заметили Мариана и Юлека… А Зенека? Мальчуган стрельнул глазами на дом доктора — тех троих загораживали от него кусты жасмина и сирени, но до крыльца им оставалось еще шагов пятнадцать. Заметил их Виктор или нет? Надо скорее отвлечь внимание врага! Даже если придется драться, хотя надежды на победу никакой!
— Эй ты, жирный! — крикнул Юлек Владеку. — Что, к живодеру в помощники нанялся?
Виктор, который при виде братьев скорчил презрительную гримасу, покраснел от злости. Владек только глуповато хихикнул, как будто брошенное Юлеком оскорбление не к нему относилось.
— Что ты сказал? — прошипел Виктор, медленно подходя к мальчику. — Ну-ка, повтори!
— Думаешь, испугаюсь? — Юлек стал на цыпочки, чтобы казаться хоть чуть повыше — жалкий петушок против здоровенного индюка.
— Сейчас увидим, — зловеще спокойно проговорил Виктор и замахнулся. Но, прежде чем он успел ударить, перед ним, оттолкнув Юлека в сторону, вырос Мариан. Твердо глядя противнику прямо в лицо, он проговорил с нажимом:
— Он сказал, что ты живодер. Так оно и есть. Ты настоящий живодер, который убивает собак!
— Ах ты щенок паршивый!
От первого удара Мариан сумел увернуться, но следующий свалил его на землю. Виктор бил его, пинал ногами. Юлек рванулся на помощь брату, однако толку от него было немного, и драка неминуемо закончилась бы полным их поражением, но тут до ушей дерущихся долетел громкий треск мотора. Виктор торопливо оглянулся, прошипел Мариану: «Я еще с тобой посчитаюсь», и бросился к милиционеру, который заводил мотоцикл. Владек не отставал от приятеля.
Мариан, стиснув зубы, поднялся с земли. Болели избитые ноги, саднил раскроенный о камень локоть. Он мрачно смотрел вслед уходящим. Юлек, махнув рукой на самолюбие, побежал за ними и притаился у входа во двор.
— На остров можно не ехать, товарищ начальник, — заискивающе говорил Виктор. — Пташка уже здесь!
«Свинья! — с ненавистью подумал Юлек. — Доносчик!» Сержант Ковальский пристально взглянул на Виктора.
— Где — здесь?
— У доктора.
— У доктора Залевского? — удивился Ковальский. — Ты что, бредишь?
— Я своими глазами видел, как он туда входил! Вот только что! Честное слово! — перешел Виктор на крик. И, видимо решив, что его честное слово недорого стоит, на всякий случай прибавил: — И Владек видел!
— Я, что ли? — переспросил Владек.
— А кто же? — рассердился Виктор. — Мы с тобой выходили из-за угла, а он как раз на крыльцо поднимался.
— Он, может, и поднимался, да только видеть я его не видел, — промямлил Владек, и Юлек почувствовал к нему даже некоторую симпатию.
Виктор, бросив на приятеля уничтожающий взгляд, снова пристал к милиционеру:
— Ей-богу, я видел! Вот вы сходите и сами убедитесь!
Милиционер критически присматривался к Виктору, видимо колебался, потом, не ответив ни слова, направился к дому доктора. Встреча Зенека с представителем власти стала неотвратима.
Что теперь будет? Неужели Зенека сейчас арестуют и поведут в тюрьму, а им придется стоять и смотреть? Но уйти отсюда они были не в силах. Когда милиционер скрылся за знакомой дверью, они подошли к забору и в угрюмом молчании прислонились к калитке.
Виктор и Владек тоже не собирались покидать поле действий. Выждав немного, они пересекли улицу и не спеша подошли к дому доктора. Мальчики не удостоили их взглядом — Мариан только еще больше помрачнел, а Юлек, весь кипя от злости и презрения, глубоко засунул кулаки в карманы и начал тихонько насвистывать.
Виктор ничуть не обиделся, напротив — он был в прекрасном настроении: Мариана он уже разделал под орех, с Юлеком расправится при первом же удобном случае. А главное — сейчас на его глазах с позором выведут ненавистного Зенека. Обращаясь к Владеку, но так, чтобы слышали все, он злорадно сказал: