– Вот видите, сам я зарабатываю неплохие деньги, а жена как была подмосковной хабалкой, так и осталась на том же уровне, и родня её такая же. Извините!
– А может, на кухню зайдёте на пять минут? По рюмашечке? И закусить красной икрой?
– Люська, ты чё, мало выпила? Брысь на кухню!
– Нет, спасибо, – сдерживая улыбку, ответила Илона. – у нас ещё куча дел. До свидания!
Когда закрылась дверь лифта, Саша с брезгливой улыбкой пояснил:
– Мы с тобой окунулись в совершенно иной социальный слой. Он жулик из руководства подмосковного совхоза, того самого, который имени, извиняюсь за выражение, Ленина, где командует скандально известный Грудинин. Они зарабатывают, кажется, на клубнике. Спасибо за намерение заказать для них «Газель», но прежде пусть этот боров позвонит и скажет конкретные день и час.
– Глядя на эту неопрятную Люську, которая вся в целлюлите, я поняла, как правильно поступила, завязав с выпивками. Для её уровня это лучшее времяпровождение. Словечко-то какое: времяпровождение! – Илона усмехнулась и бросила взгляд на невозмутимого Сашу, который снова продемонстрировал полное безразличие. Он в ответ сказал:
– Я всегда готов повторить, независимо от наших отношений, что ты гений.
– Ох, Сашунька, мне тебя жаль. Я нисколько не зла на тебя, сама виновата. Что-то твои папа и мама недосмотрели, вот и вырос ты чудовищем. Я клюнула на твою потрясающую внешность, ведь о таком красавчике я не смела и мечтать. А красавчик-то оказался насквозь гнилой! Кроме Милены, которая тебе давала, она сама мне призналась, у тебя никого не осталось, да и она давно не твоя, рядом с ней заботливый Феликс. А ведь сам виноват, всё у нас с тобой рухнуло из-за твоего странного отношения к людям. Ты всегда держишься от всех в стороне. Кстати, как там Милена? Ты им звонишь хоть раз в месяц? Или совсем забыл? Хотя ни она, ни Феликс тебе не родные, но всё же.
– Звоню. Примерно раз в два месяца. У них своих забот хватает. Оба поседели, но генералов им не видать. Они ребёнком заняты, дочка уже ходит и немного разговаривает. Няню наняли. Мне они чужие.
– Зря ты так! Не забывай Милену! Твой отец её любил, и тебе самому она нравилась.
– Просто Милена вовремя подсуетилась и стала второй женщиной в моей жизни.
– Но ведь Милена, как Сузанна, Мэгги и я, мы все искренне тебя любили! А ты всем нам в души помочился! И об Ольге давно ничего не слышно. Как там она с Хоакином?
Саша тут же позвонил сестре, и оказалось, что она с мужем в Москве, уже один раз сходили на утреннюю службу в католический собор, навестили Феликса с Миленой. Потом поедут в Санкт-Петербург. Они почему-то были уверены, что Саша и Илона где-то не в России. Илона дала адрес и предложила найти время для неё. Она сказала Саше:
– На время визита Ольги и Хоакина я готова забыть, что ты уже здесь не живёшь.
Но неожиданно Саша ей ответил:
– Ты приглашай их к себе без меня, а я сам приму их у себя! Мы с тобой больше никогда не будем жить вместе и изображать счастливую семейную пару! Скажу совершенно откровенно: ты всегда была противна мне. Я ложился в постель с тобой не ради тебя как женщины. Ты мне отлично платила за секс. Даже не думал, что ты этого не понимаешь. Как вспомню твою сопливую морду по утрам, так плеваться хочется, а ведь я её столько лет терпел! Сонэ, видать, терпит тебя, потому что ты начальница.
Илона очень побледнела и заплакала:
– Ну что же, ты демонстрируешь открытую ненависть ко мне! Я вынуждена считаться с этим. Ты будешь лишён доступа в офис моей фирмы, всем сотрудникам будет рекомендовано не поддерживать контакты с тобой.
– Тоже мне напугала! Трахайся со своим бесчувственным японцем, а от меня отстань!
Прошло три дня, и Саша въехал в свою квартиру, единственным владельцем которой был только он. Первым делом сменил личинки во всех замках входной двери, затем обновил сантехнику и кухонный гарнитур. Купил новый огромный телевизор дороже трёх миллионов рублей. Всё пропылесосил и сменил шторы. Чтобы ванна стала снова чистой, пришлось повозиться и поискать в интернете такое эффективное средство, которое и отмоет, и эмаль не повредит. На повторное новоселье Саша пригласил Ольгу с Хоакином, попили дорогущий китайский чай шу пуэр с тортом «Наполеоном». Хоакин и Ольга снова стали курильщиками, и комната пропиталась, как признался самому себе Саша, неповторимым ароматом чая и качественных сигар. Ольга с удивлением спросила брата, почему он ушёл от Илоны, но Саша уклонился от ответа. Тогда Ольга рассказала ему, что Илона радушно приняла их у себя, познакомила с сыном и неожиданно откровенно пожаловалась на одиночество после ухода сожителя.