Она чувствовала его взгляд, когда шеф толкал ликующую речь. Когда зазвенели бокалы. Когда включили музыку, и окружающие все разом заговорили. И она отвечала кому-то. И смеялась. И принимала поздравления и поздравляла сама.
И даже слышала его голос… Но не смела. Не смела оглянуться.
Что же делать? Как же быть?!
Как жить дальше, если хочется оглянуться…, а нельзя.
Ведь он никогда не будет только ее.
Она ускользнула. Ускользнула от его взгляда.
Позорно сбежала. Растеряв весь самоконтроль.
Еще никогда в своей жизни она не была в таком смятении. В таком тупике.
Даже когда была влюблена в своего будущего мужа, Катя не теряла почвы под ногами и знала, чего хотела. Наверное, тогда все было просто. Наверное, тогда ей не приходилось выбирать.
Выбирать? А нет выбора. Он женат. Она замужем.
На улицах царил праздничный сумбур и суета. По радиостанциям сплошняком звучали новогодние мелодии. Тут и там мелькали люди с елками, подарками в яркой оберточной бумаге и красочных бумажных пакетах. А она злилась… Ужасно злилась. Потому что было жалко себя.
У нее не то что елки, у нее даже шампанского не было. У нее в жизни все неправильно, все перевернулось вверх тормашками. Она влюбилась в чужого мужа. А ее собственный… А ее собственный предпочел ей друзей.
Катя остановилась на красный свет, когда поняла, что плачет. И сердито утерла слезы.
Она давно не плакала. С тех пор, когда несколько лет назад умерла мама. Отец умер еще когда она в институте училась, и слезы стали для нее признаком настоящей беды.
А сейчас она плакала просто потому, что ей было жалко себя.
Оттого, что уже давно все в ее жизни не так. А она не замечала.
Оттого, что позволила себе слабину — посмотрела на чужого мужчину, как на своего. И теперь при мысли о нем дыхание перехватывает.
Оттого, что одна в Новый год, который был самым любимым праздником из всех. И пусть муж говорит, что она инфантильна. Пусть вообще говорит все что хочет! .. И где хочет!
Оттого, что даже лучшей подруге Алене не может рассказать о том цунами, что смело в ее жизни все ориентиры. Алена поняла бы… Да только она уехала с мужем и двумя детьми в Финляндию, в гости к Санта Клаусу… Будь проклят роуминг! И Санта Клаус! И Дед мороз до кучи!
Красный свет.
Для нее красный свет.
Толпа ряженных дедов морозов переходила дорогу, и один из них заглянул в ее запорошенную снегом машину, которую она даже не удосужилась почистить, сбегая с работы, и подмигнул ей.
Катя сморщилась. И слеза упрямо скатилась по щеке.
Это от усталости. От усталости. Она просто устала. Она купит себе шампанского, аппетитный ананас и килограмм мандаринов. И даже пахучую еловую ветку. И у нее будет свой праздник. И пусть только для нее одной пробьют куранты. И бокал зазвенит о бутыль шампанского. Пусть… А завтра будет новый год. А завтра будет все по-другому…
Как сомнамбула, она бессмысленно толкалась в супермаркете, возле которого вчера встретила Рому. Прилавки вымели, словно запасались на весь предстоящий год. Мандарины ей так и не достались. Схватив последнюю бутылку дорогущего брюта, и, как выяснилось на кассе, еще более дорогого белого вина, Катя смогла урвать ананас, батон и копченую колбасу. И еле нашла свою, запорошенную снегом, машину.
Снегопад навалился на город, создавая праздничное настроение, пробки и снеговиков. Один из них Катя увидела прямо на парковке. Кто-то водрузил на его голову ананасные листья, а в нос вместо моркови воткнул банан. Глазами были пробки из-под шампанского, а сами бутылки влеплены в ледяные руки. И это был самый чудной и кривой снеговик в мире. И ему было нельзя не улыбнуться.
И она почти нашла в себе точку спокойствия, когда с улыбкой залезла в машину и бесконечно ехала до дома по бибикающему, стоящему в пробках, городу. Пройдет совсем немного времени, и улицы опустеют. Новый год на дворе…
Квартира встретила ее светом.
В первый момент Катя подумала, что ее решила почтить визитом свекровь. У той были ключи от квартиры, и она время от времени заявлялась в самый неожиданный момент. И словно инспектировала ее — Катю. Но чаще всего, она приходила тогда, когда их с мужем не было дома. И вот это выбешивало больше всего.
Поначалу Катя говорила мужу. Но тот искренне не понимал. А потом… потом она устала бороться и привыкла. Хоть это вызывало ее неизменное раздражение.
Катя со вздохом поставила пакет на пол, и бутыли протестующе звякнули. Вот только свекрови ей не хватало. Именно сегодня… Именно сейчас…