Бун отступил на шаг:
– Сначала вы, маленькая леди.
Бун хотел сесть рядом с Майком, но Харшоу опередил его, и Майк уселся между Джил и Джубалом, а Буну пришлось присоединиться сбоку.
Ложа была роскошной – контурные кресла, пепельницы, откидные столики для освежающих напитков. Они сидели над прихожанами, в сотне футов от алтаря. Прямо перед ними молодой священник заводил толпу, покачиваясь в такт музыке и двигая взад-вперед мускулистыми руками с тяжелыми кулаками. Его сильный бас время от времени присоединялся к хору, а потом возвысился, призывая:
– Ну-ка приподнимем свои зады! Не дадим дьяволу захватить себя врасплох!
Змеиный танец заколыхался у правого нефа, качнулся вперед, повернул к центральному нефу. Ноги топали в такт круговым движениям рук священника и синкопированному пению хора. Топ, топ, А-А! …Топ, топ, А-А! Джил почувствовала ритм и одурело подумала, как здорово было бы потанцевать – и все больше и больше людей присоединялось к танцу под задорные выкрики мускулистого священника.
– Этот мальчик – моя находка, – похвастался Бун. – Я проповедовал с ним в паре и понял, что он может завести толпу до умопомрачения. Преподобный «Джаг» – Джакерман – играл правым тэклом у «Таранов». Вы видели его, конечно.
– Боюсь, что нет, – ответил Джубал. – Я не смотрю футбол.
– В самом деле? Знаете, во время сезона наиболее ревностные прихожане остаются после службы, перекусывают прямо на скамьях и смотрят игру. Стена за алтарем отходит в сторону, и вы видите величайший из стереобаков. Пожалуйте смотреть. Изображение лучше, чем дома, а переживаешь еще больше, потому что вокруг люди. – Он свистнул. – Херувим, сюда!
Появился запыхавшийся привратник.
– Да, епископ?
– Сын мой, ты убежал так быстро, что я не успел отдать распоряжения.
– Виноват, епископ.
– С чувством вины никогда не попадешь на небеса. Будь всегда счастлив, сын мой. Если внутри тебя всегда будет эта старая пружинка, ты будешь крепко стоять на ногах. Еще по разочку, люди? – Он отдал распоряжения и добавил: – Принеси горсть моих сигар… возьмешь у главного бармена.
– Сию минуту, епископ.
– Благословляю тебя, сынок. Неси побыстрее…
Змеиный танец извивался почти под ними; Бун перегнулся через край ложи, приложил руки рупором ко рту и крикнул, перекрывая шум:
– Доун! Эй, Доун!
Женщина внизу подняла голову, и он кивнул ей. Она улыбнулась.
– Принеси-ка нам виски с содовой. Лети.
Женщина появилась сразу же, как только приготовила коктейль. Бун откинул для нее сиденье в заднем ряду.
– Дорогая моя, эта маленькая леди в углу – мисс Бодмен, рядом со мной – знаменитый доктор Джубал Харшоу…
– В самом деле? Доктор, я считаю, ваши рассказы просто божественны!
– Спасибо.
– Правда-правда! Я записана один ваш рассказ на ленту, и он убаюкивает меня каждый вечер.
– Лучшей похвалы писатель не может ожидать, – ответил Джубал с застывшим лицом.
– Достаточно, Доун, – вмешался Бун. – Молодой человек между нами… мистер Валентайн Майкл Смит, Человек с Марса.
Ее глаза округлились.
– О боже!
– Благословляю тебя, дитя! – взревел Бун. – Вот так сюрпризец, а?
– Вы действительно Человек с Марса? – спросила она.
– Да, мисс Доун Ардент.
– Зовите меня просто Доун. О боже!
Бун легонько тронул пальцами ее руку.
– Разве тебе неведомо, что сомневаться в словах епископа грешно? Тебе не хотелось бы вывести Человека с Марса к свету?
– О, еще как!
«Надо думать, гладкая ты сучка!» – возмутилась про себя Джил. С самого появления мисс Ардент в ней назревала злость. Платье этой женщины было с длинными рукавами, высоким воротом и непрозрачное, но не скрывало ничего. Материя была цвета ее загорелой кожи, и Джил была уверена, что кожа – это все, что было под ним. Не считая самой мисс Ардент, которой было там очень много. Одежда была показушно скромной по сравнению с одеждой большинства прихожанок, часть из которых, казалось, были теперь готовы забиться в припадке.
Джил подумала, что мисс Ардент выглядит так, словно только что выбралась из постели и готова забраться туда снова. С Майком. «Перестань наваливаться на него своим скелетом, дешевка!»
– Я поговорю с архиепископом, дорогая, – сказал Бун. – А теперь иди вниз и командуй парадом. Ты нужна Джагу.
– Да, епископ. Рада была встретиться с вами, мисс Бодмен и доктор Харшоу. Надеюсь увидеть вас снова, мистер Смит. Я буду молиться за вас. – И она, раскачиваясь в такт музыке, заторопилась к пастве.
– Хорошая девушка, – радостно возвестил Бун. – Видели когда-нибудь, как она работает, док?
– Пожалуй, нет. А что она делает?
– Вы не знаете?
– Нет.
– Разве вы никогда не слышали ее имени? Это Доун Ардент – самая высокооплачиваемая звезда стриптиза на всем калифорнийском побережье, вот она кто. Работает в радужном пятне, и когда дело доходит до туфелек, свет лежит только на лице, и больше ничего нельзя увидеть. Очень эффектно. Крайне возвышенно. Можно ли поверить, глядя на это сияющее личико, что она была аморальнейшей женщиной?
– Не могу в это поверить!
– Однако это так. Спросите у нее самой. Она расскажет. А лучше пройдемте в чистилище для ищущих – я дам вам знать, когда будет она. Когда она кается, это придает другим женщинам смелости в признании собственных грехов. Она не скрывает ничего – ей становится лучше от того, что она помогает людям. Очень самоотверженна: каждый субботний вечер прилетает для занятий в воскресной школе. Она ведет Класс Счастливых Молодых Людей, и посещаемость улучшилась, лишь только она взялась за это дело.
– В это я могу поверить, – согласился Джубал. – И насколько молоды эти молодые счастливцы?
Бун рассмеялся.
– Меня-то вы не проведете, старый черт. Кто-то рассказал вам про девиз класса Доун «Быть молодым никогда не поздно».
– И все-таки?
– Вы все равно не сможете примкнуть к ним, пока не увидите свет и не пройдете очищение. Есть одна Истинная Церковь, в отличие от этих ловушек сатаны, этих смердящих ям беззакония, именующих себя «церквями», чтобы склонить неосторожных к идолопоклонству и прочим мерзостям. Вы не можете просто зайти, чтобы убить пару часов, потому что на улице дождь; вы должны сперва стать спасенными. Фактически… ого, скоро передача. – Во всех углах огромного зала мигали огоньки. – Джаг разогрел их. Теперь вы увидите действие!