— А, Эрик, — граф встретил меня ещё у входа в свою обитель, — рад, что ты так быстро вернулся, а это кто за тобой?
— Носильщики, я пока был дома, подумал, почему бы принести сюда немного нормального мяса и прочего, — заметив, как почуявшие приятный запах придворные, невольно потянулись к повозке, я лишь усмехнулся, — надеюсь к вечеру, твои повара успеют всё это приготовить?
— Успеют, если не хотят отведать плетей, — отзеркалил мою улыбку он, — пойдём внутрь, заодно расскажешь, что там происходит в большом мире.
Вечерний пир был прекрасен, а я, наконец, добрался до башни мага. Тот хоть и был поначалу недоволен, что кто-то ходит по его вотчине, но быстро сменил гнев на милость, увидев немного драконьей крови и пару чешуек, я же углубился в чтение до поздней ночи. Ничего особенного я не мог найти достаточно долго, разве что парочку старых трактатов о сути магии, пока не наткнулся на ветхую книгу мага. Как потом пояснил мне Кассий, это наследие одного из предыдущих владельцев башни.
Старый фолиант был хрупким и почти не поддавался чарам восстановления, зато содержал множество интересных заклинаний. Большая их часть относилась к школе иллюзии и очарования, но были и весьма интересные для меня чары, причём ещё не освоенного мной седьмого круга. Первыми были чары контроля погоды, сложные, массивные, но весьма полезные в некоторых ситуациях. Второе же заклинание, написанное на сильно истрёпанных и местами порванных страницах, и вовсе привело меня в экстаз. То, что не смог освоить Кассий, оказалось заклинанием не обычной телепортации, а телепортации высшей! Перенестись за миг в любую не защищённую точку мира, без ограничений, без необходимости огибать запретные для телепортации зоны! Едва не закапав слюной ценный фолиант, я начал быстро переписывать найденные заклинания себе, заодно поясняя Кассию, где он был неправ. После далеко не равного обмена знаниями, от которого, однако мы оба с придворным магом остались довольны, я вернулся выделенный мне городской квартал.
Через несколько дней, когда последние приготовления были закончены, объединённое войско выступило в поход. Общее командование на себя взял граф Дозора Стевиана, а я и ещё несколько человек стали его заместителями. Общий план был таков: снять осаду с максимального количества замков поменьше, по возможности отлавливать караваны с припасами кочевников и постепенно приближаться к осаждённому Городку Сардиса. Если всё получится, то биться нам придётся не с мотивированной и превосходящей нас по численности ордой, а сильно ослабленной перебоями со снабжением и осознанием близкого конца толпой разрозненных вождей, для которых великий хан может и лидер всей орды, а величие степных воинов — это конечно хорошо, но лучше вернуться в родные степи без добычи, но живым, чем и вовсе не вернуться, оставив племя без большей части взрослых воинов.
Образовавшаяся армия, постепенно, шаг за шагом, подтачивала силы орды. Если была такая возможность, мы уничтожали отряды кочевников, принимая бой, если было слишком опасно, или нападающих было слишком много, мы уходили в степь или укрывались за надёжными стенами замков. Как говорили более опытные в отражении угрозы из степей командиры, подобное происходило уже не раз: орда первым ударом брала под свой контроль большие территории в самом начале набега, чтобы потом быть разбитой по частям, ведь нормально брать крепости штурмом они не могли, вот и приходилось делить орду на множество отрядов, чтобы блокировать основные силы Талдора.
Этот этап войны больше походил на зачистку, чем на настоящий бой, но и в этом можно было найти свои плюсы. Потери, если они были, то небольшие, да и те быстро компенсировались Мирославой и её девочками, даже без проведения ритуала с жертвоприношениями. С каждым боем бойцы становились опытней и допускали всё меньше ошибок, но не только эфемерный «опыт» был главной наградой для части моих людей. Среди многочисленных аасимаров, что бились со мной бок о бок, всё больше и больше становилось крылатых. Иногда прямо посреди боя, иногда во время вечернего отдыха, а бывало и просто в дороге, за их спинами раскрывались крылья. Сначала их было немного, но со временем становилось всё больше и больше, думаю, продлись война немного дольше и крылья получили бы все. Не отставали от общей массы бойцов и сыновья: первым прямо в бою распахнул свои крылья Георгий, спрыгнув с поверженного коня и добив своего противника уже вися в воздухе. Всего на пару недель, за которые он постоянно изводил себя глупыми мыслями, отстал от брата Талиэль, стараясь уйти от магического удара чародея степняков, он не просто отпрыгнул назад, но и поднялся вверх.