Самый большой и сильный орк, с гигантским мечом решил продать свою жизнь подороже и потому повёл остатки своих воинов в бой. Прыгнув навстречу ближайшему всаднику, он в полёте опустил на плечо безземельного рыцаря своё оружие. Не успевший ничего понять всадник распался на две неравные части, в то время как его конь начисто лишился головы. Немногие орки из приближённых вождя повторили успех своего лидера, большинство оказались или нанизаны на кавалерийские пики, или затоптаны тяжёлыми копытами коней.
Образовавшаяся вокруг выживших орков свалка замедлила конную лавину, но ненадолго. Окружённых орков убивали ударами пик в бока и спину, насаживая на острые наконечники как бабочек, в то время как последний шаман упал сражённый клинком Максимуса. В живых остался только вождь уже мёртвого племени, обагрённый кровью тех, кто посмел бросить ему вызов, в исчерченными глубокими царапинами доспехами, он гордо стоял в окружении рыцарей, крепко сжимая монструозный клинок. Нужен был всего один приказ и его убьют, но ведь тогда не получится красивой легенды.
Вперёд выехал Роланд, и, начав вращать новенькой пикой, заставил строй расступиться. Рыцари, поняв к чему всё идёт, образовали круг и даже перестали добивать орков, что были всё ещё живы, сосредоточившись на будущей схватке. Открытый шлем орка давал прекрасный обзор на его богатый набор клыков, что он оскалил в предвкушении хорошей схватки.
Первым начал действовать Роланд, пришпорив монструозного скакуна. Изменённое магией животное, без малейших сомнений бросилось вперёд, стремясь добраться до врага хозяина, но и орк на стоял на месте, начав смещаться влево, уходя из-под таранного удара. Варвар допустил ровно одну ошибку, недооценил тех скакунов, на которых разъезжает верхушка знати Талдора.
Таранный удар оказался почти удачным, но и орк был не промах. В последний момент он успел не только уклониться от наконечника пики, но и успел рубануть по спине Роланда. Вот только в отличие от брони рядового рыцаря, что распалась под могучим ударом вождя, племянник был облачён в намного лучший доспех. Многослойный пирог из адаманта и мифрила, сдобренный чарами крепости с достоинством выдержал испытание на прочность, жаль, только, этого нельзя было сказать о плаще.
Проскакав дальше, Роладн пошёл на следующий заход, плотнее сжимая пику подмышкой, скорость он набрал меньшую, чем при первом ударе, для лучшей точности. Орк же, в этот раз решил не кружить, а принять прямой удар, благо длина его тесака позволяла. Прямо перед столкновением, огромный орк отпрыгнул вправо, и нанёс вертикальный удар по шее коня, в надежде лишить рыцаря его скакуна, но снова недооценил противника. Мало того, что кожа скакуна племянника по твёрдости мало чем уступает шкуре виверны, так ещё и дополнительная пластинчатая защита шеи, скрытая попоной, прекрасно выдержала удар. Сумев вовремя среагировать, Роланд изменил положение копья, и одновременно с ударом орка по шее скакуна, вонзил противнику наконечник пики точно в центр груди.
Неверяще посмотрев на торчащее из своей груди древко, вождь, покачиваясь, развернулся и, выпустив из ослабевших рук оружие, начал заваливаться вперёд. Оперившись пяткой пики в землю, он продолжал стоять и даже нашёл в себе силы поднять голову, чтобы в последний миг жизни увидеть летящий к нему клинок.
Идеально срезав голову вождю орков, Роланд поднял окровавленный меч к небу, собравшиеся же вокруг рыцари начали громогласно славить победителя. Спустя несколько минут, уничтожение остатков лагеря продолжилось, рыцари и всадники добивали выживших, и освобождали немногочисленных пленников, что пережили этот день. Гиппогриф улетел к Каменному Молоту, для сопровождения трофейной и похоронной команды, а наша кавалерия встала лагерем недалеко от уничтоженного стойбища. Нужно было залечить раны, восстановить силы и почтить память убитых, а завтра снова в бой, последнее племя должно быть неподалёку.
— Что по потерям? — подъехав на лошади к той части лагеря, где расположились войска Залива, я развеял фантомного скакуна, аккуратно приземлившись на землю.
— Среди гвардии погибло шестеро, — тут же ответил Максимус, до этого занимающийся размещением войск, — если бы не Фрэки, — потрепал он стоящего рядом с ним волка, — всё было бы намного хуже.