— Да, шанс упущен, даже если его величество успеет собрать достаточно сил, всё успеет закончиться раньше.
— Я бы, конечно, предложил помощь в переброске кое-каких войск, но… сами понимаете, ульфены поставили дополнительный антителепортационный периметр, а небо над ним стерегут драконы, с одним, максимум с двумя я ещё могу попробовать справиться, но если прилетят остальные.
— Понимаю, и где они только откопали этот артефакт!
— Полагаю, где-то, где раньше находился Ацлант, или в Варрисии, тут вариантов немного, — сконцентрировавшись, я начал выправлять помятый в прошлом бою шлем, заодно заделывая небольшое отверстие, — интересно как они смогли разобраться, как он работает?
— Только вам, — устав ходить по кабинету, посол, упал в кресло — меня же сейчас волнует, что делать дальше?
— Как по мне — ждать, попробовав отсидеться в посольстве, или поучаствовать в обороне города, — пожал плечами я.
— Первое уронит репутацию Талдора, а второе… нет слишком опасно, отправив защитников посольства на стены, в случае поражения под угрозой окажутся те, кто здесь укрылся.
— В принципе, я могу временно укрыть их в деми-плане, — проведя пальцами по шлему, и убедившись, что он в полном порядке, я отложил его в сторону.
— Опять же, слишком опасно, велик шанс, что если вы погибните, то не последние люди Талдора окажутся навечно заперты в эфирном плане.
— В любом случае, на время осады — я в вашем распоряжении, — встав с кресла, я направился к двери, стараясь размять затёкшие ноги, всё же несколько часов обсуждения планов изрядно утомляли.
После новости об осаде, я сразу хотел, как можно быстрее отправиться домой, банально вылетев из осаждённого города, но ульфены слишком хорошо подготовились, наводнив небо наездниками на молодых драконах. По всем признакам, кто-то из ярлов нашёл один из Глаз Дракона, артефакта, способного контролировать драконов определённого вида. Вот и приходилось отсиживаться в посольстве.
Тому, конечно, была и другая причина, в виде банальной мобилизации. Посол, как полномочный представитель императора Талдора на этих землях, вполне законно призвал всех способных держать оружие на защиту посольства, заодно укрыв их семьи. Под категорию способных держать оружие попадал и я, и, так уж получилось, что именно в этот момент во всём Абсаломе не было никого с военным опытом равным моему. Как итог, вся административная власть оказался в руках Якова, а военная перешла ко мне.
Особо ничем я не занимался, только организовал усиленную охрану посольства, выставив сохранившихся после ночного боя големов и накрутив хвосты охране. Не забыл я побеспокоиться и о храме Дезны и квартале дворфов. Обитель Великой Мечтательницы была в полной безопасности, мало кто решится разорять храм богини удачи, да и Каэль, если поймёт, что его пришли убивать, устроит такое, что никому мало не покажется. С дворфами было сложнее, нет, оборону они способны были держать отлично, почти сразу после первых вестей об осаде превратив свой квартал в крепость, но вот с запасами еды у них была беда. Привыкшие к тому, что стоит потратить полчаса и у тебя на столе может оказаться любая еда из любого уголка мира, дворфы слегка расслабились. Кое-какие запасы у них были, но их явно было недостаточно, так что пришлось зайти к ним с визитом, заодно передав часть запасов из деми-плана.
Прямо сейчас вступать в бой не требовалось, поэтому я решил посветить остаток дня двум вещам, собственному восстановлению и заботе о дочери и фамильярах. Первое включало в себя ремонт доспеха и восстановительные медитации, этот любитель масок не только изрядно потрепал тело, но и что-то сделал с аурой, отчего сейчас она пребывала в полнейшем хаосе, но всё же постепенно восстанавливалась. Перебирая деформированные пластины брони, я, с одной стороны, был рад, что доспех хоть немного защитил меня, а с другой размышлял над тем, как ещё больше усилить его, пока есть время.
С лечением было проще, Миэль, убедившись, что с Хельгой всё в полном порядке, насколько это возможно в её состоянии, достала целый арсенал эликсиров и мазей, начав уход за Фрэки и Азгерсом. Оба фамильяра были уже почти в норме, но дать им время восстановиться всё же стоило.
Сложнее всего было с Хельгой. Дочь, временно утратив возможность видеть и периодически впадающая в ступор, была почти беспомощна. Кормление, помощь с передвижением, банальные походы в туалет — всё это вызывало у неё серьёзные трудности. Хорошо ещё, что она, скорее всего, не увидит, что с её лицом и телом сделали палачи, регенерация уберёт все повреждения раньше.