— Не забудь о коллекции её детей и прочих родственников, что доставили это послание, — заметив на опушке далёкого леса движение, я не подал виду, — она или отвечает на вызов, или её собственные дочурки попробуют свергнуть.
— Возможно, но что будет, если она откажется? — не унималась Мирослава.
— Как что? Мы атакуем, сначала снесём Красный Зуб, потом армия разделится, часть пойдёт на Морозный, часть к Потерянной Надежде. Попытка отсидеться даст её максимум пару лишних дней, тем более, как только мы поставим здесь первое капище, об угрозе из лесов можно будет забыть.
— Если только так, но будущий бой, неужели он тебя совсем не волнует? — сорвав выросший по её воле цветок, она сорвала его и вплела в волосы.
— Волнует, конечно, но не так, чтобы сильно. Войска готовы, примерный план битвы составлен, осталось только сойтись на поле боя, а если их будет слишком много, — я аккуратно снял с пояса толстый рог, изрисованный самыми разными изображениями, — боги обещали помочь. И отвечу сразу, я им верю. Ты же сама чувствуешь, как здесь, на землях Иррисена сама земля подчиняется нам, хочет выполнить малейшее желание, — подтверждая свои слова, я одним усилием воли создал несколько сотен снежных големов и отправил их в подлесок.
— Но мне всё равно боязно, — потёрла плечи она, как будто от холодного ветра, — после каждого боя мои руки по локоть в крови, хотя в самой схватке я участия не принимала. Знаешь, какого это, когда у тебя на руках кто-то умирает, а ты ничего не можешь поделать?
— Могу себе только представить, — грустно усмехнулся я, — но в этот раз всё будет по-другому. Ты же сама чувствуешь, что стоит тебе захотеть, и любая рана сойдётся, а мёртвый воскреснет, у ядвига нет шансов.
— И всё же ты слишком спокоен, — покачала головой она.
— Ты просто не так глубоко чувствуешь… окружающий нас мир, — попытался подобрать правильное описание я, — эта земля не просто почти изолирована от остального мира, но и сама грань, отделяющая её от других миров здесь намного тоньше. Порой кажется, что приложи я немного усилий и смогу открыть портал куда-то далеко-далеко, за пределы Голариона.
— Ты прав, Эрик, — прозвучал голос из-за спины, а я, даже не оборачиваясь, узнал его.
— И ты здрав будь, Шор, — краем глаза заметив, как он присел рядом с нами, я продолжил смотреть на освещаемое полной луной поле и далёкий лес, — зачем пришёл?
— Поговорить хотел, а точнее кое о чём тебя попросить, — могучий старик, смотрел туда же, куда и я, — про тонкую завесу в этом месте — ты верно сказал, а я вот что скажу, грань тут так тонка из-за порталов в другие миры. Именно они приносят холод в эти земли.
— Дай угадаю, — решил сделать предположение я, — ты хочешь, чтобы я перенастроил один из них и связал Голарион с Нирном?
— Да, только недавно я понял, насколько скован, — сжал кулаки он, — слишком моё творение ограничивает, не даёт вырваться за его пределы…
— А что взамен? — повернувшись к Шору, я увидел на его лице целую гамму эмоций, сначала недоумение, потом возмущение, а под конец ироничную ухмылку.
— Помощь, не такую, какую тебе дают твои предки, а более материальную, — сказал он, сотворив перед нами что-то наподобие зеркала.
Мы с Мирославой увидели суровые северные пейзажи, тундру, в которой загоны с овцами соседствовали с прогуливающимися мамонтами, густые хвойные леса, меж которых ютились деревеньки, окружённые полями, шумные города, за грубыми, но крепкими стенами, где кипела жизнь. Шор показал нам, а точнее мне Скайрим, мой прежний дом.
— Ты же понимаешь, что после победы тебе понадобятся те, кто умеет возделывать поля, пасти животных и жить на севере. Я дам тебе их, множество нордов с радостью поселятся в новых землях, — голосом искусителя предложил он.
— Я почти согласен, — не отрывая взгляда от далёких пейзажей, произнёс я, — но есть ещё одно условие.
— Говори, — показав виды Зала Титанов, изменившегося, но всё ещё узнаваемого, Шор видимо хотел сбить меня с мысли.
— Воины, что пируют в Совнгарде, — с трудом оторвал я взгляд от столь далёких и желанных пейзажей, — они помогут мне в этой битве.
— ХА-ХА-ХА! — от веселья, Шор в виде могучего воина в замысловатой броне схватился за живот, — Повеселил ты меня! Знаешь, мог бы и не просить, я и так собирался выпустить эту толпу бездельников размяться, а то многие из них уже не первое тысячелетие сидят без дела! Договорились, с меня помощь в битве и переселенцы, с тебя, настройка портала в Нирн!