К моему возвращению в лагерь, он был почти полностью свёрнут, осталась лишь та его часть, в которой останется группа наблюдения. Основная масса войск уже выдвинулась вперёд, гиппогриф с телом барона скрылся за горизонтом, неся его на суд, собственно, как и список верхушки заговорщиков. Надеюсь, Артур ими правильно распорядится. А меня ждал поход, который продлится немного дольше, чем я рассчитывал. Ближайший замок принадлежал барону, не посвящённому в планы верхушки, а значит, проблем с ним быть не должно, чего нельзя сказать о владельце небольшого городка неподалёку, он то, как раз может доставить немало сложностей.
Заряженные недавним боем, солдаты шагали в ускоренном темпе. Они понимали, что теперь для них стоит каждая зря потраченная минута, понимал это и я, усиленно готовясь к возможному штурму: подвешивая заклинания в ауру и гоняя гиппогрифов на дальнюю разведку. Если в следующей крепости попробуют оказать сопротивление — я просто залью её с воздуха алхимическим огнём, времени на сантименты и переговоры не осталось.
Путь до центра владений ещё одного моего соседа не занял много времени, и как только войско приблизилось к укреплённому замку, его ворота были уже закрыты, а на стенах виднелись защитники. Спрыгнув с коня, я раздал команды и полетел в сторону главных ворот замка, всадник из меня всё равно паршивый, а так больше возможности для манёвра.
Как и в прошлый раз, на надвратной башне меня встречал местный хозяин: надменно лицо, вычурный, но явно давно не используемый доспех, презрение во всей позе.
— Что здесь забыл… — начал было он, но у меня было слишком мало времени.
— У тебя десять минут, чтобы открыть ворота, иначе я спалю твой замок дотла, — в этот же момент, один из всадников на гиппогрифах бросил вниз склянку с алхимическим огнём, пусть она и разбилась о внешний участок стены, но народ проникся.
— Как ты смеешь да я…
— Бунтовщик против своего законного сюзерена, возможный пособник некромантов и культистов злых богов и демонов, — начал перечислять я, — у тебя есть шанс на жизнь, отправляйся в Голсифар, покайся, принеси присягу и прими наказание. Осталось восемь минут.
Не желая слушать трёп возможного трупа, я развернулся и направился обратно к своим войскам. Вид ровных шеренг пехоты, застывших перед ними големами, со следами недавнего боя и кружащих в небе гиппогрифов должен был достаточно впечатлить даже самого смелого. Ворота были открыты за полторы минуты до конца срока. Не доверяя возможным некромантам, или другим тёмным тварям, в замок я отправился только в сопровождении големов, не давая команды авиации уходить на посадку.
Перед донжоном меня ждала встречающая делегация. Гвардия барона, семья барона, его рыцари, сам барон, правда связанный и с кляпом во рту, мне кажется, или у меня дежавю?
— Милорд, — первой поклонилась мне молодая женщина в парадном платье, а за ней повторили все остальные присутствующие, кроме самого барона, который пытался вырваться из пут, — замок в вашем распоряжении.
— Хорошо, — осмотрев всех вокруг, я принял решение, — всё оружие в замке снести в отдельное здание под замок, попытка что-то скрыть или утаить будет считаться нападением. В замке будет произведён обыск.
— Могу я узнать причину ваших действий, сэр Эрик? — даже не дрогнув в лице после всех озвученных условий, спросила видимо жена или сестра неудавшегося заговорщика.
— Наш общий сосед, — немного расслабился я, видя, как их домашняя гвардия и вооружённые чем попало крестьяне после движения кисти девушки, начали выполнять моё требование, — пустил под нож одну из своих деревень, из взрослых поднял зомби, а детей принёс в жертву. Теперь вам понятны мои мотивы?
— Безусловно, — ответила белая как мел девушка, при этом сохраняя на лице благодушное выражение, — что будет после того, как вы убедитесь, что ни я, ни моя семья не имеем никакого отношения к столь мерзким практикам?
— Оставлю небольшой гарнизон, а вашего, — посмотрел я на связанное тело, — мужа, — она согласно мне кивнула, — доставлю в Голсифар для суда его светлости.
— Тогда, вверяю судьбу своей семьи в ваши руки, — сделал она немного более чем нужно глубокий поклон, вслед за ней поклонились и её домочадцы: девушка лет четырнадцати и два мальчишки лет 7–8.