— По поводу налогов, — достав тубус с грамотой, я извлёк её из него и протянул таможеннику, — думаю тут всё написано.
Наблюдать, как алчность и презрение сменяет сначала недоумение, а потом и что-то похожее на страх, было немного приятно. Всё же одно дело, пощипать залётного торговца, помимо взятки забрав себе что-то из товаров, а совсем другое наглеть перед обладателем весьма статусной бумажки.
— Похоже, с грузом всё в порядке, — протараторил чиновник, — приятного отдыха в нашем городе, — даже отвесив мне небольшой поклон, толстяк излишне быстрым шагом пошёл в сторону верёвочной лестницы.
— Вы кое-что забыли, — окликнул его я, ведь он так и продолжал аккуратно сжимать мою грамоту у себя в руках.
— Прошу меня простить, — почти мгновенно поняв, в чём дело, он также быстро вернулся ко мне и вернул свиток.
— Ничего страшного, со всеми бывает, — улыбнулся ему я, не забыв вручить приятно звякнувший мешочек.
Чинуша недоумённо посмотрел мне в глаза, после чего коротко поклонился и без задержек скрылся за бортом. Следом за ним с палубы пропали и сопровождающие его стражи, не до конца понявшие, что сейчас произошло.
— Ваше благородие, — обратился ко мне капитан, подойдя справа, — стоило ли давать взятку? Он и так был достаточно впечатлён.
— Стоило, — смотря, как лодка с прикованными к вёслам гребцами удаляется в сторону порта, ответил я, — получив взятку, он немного упокоиться и останется в целом довольным, а продолжи я на него давить, он мог бы затаить обиду и в будущем доставить проблем. Тем более, пятьдесят золотых, не такая уж и большая плата за спокойствие.
— Надеюсь, вы правы, — нахмурился бывший боевой офицер, найденный Мурадином в одной из таверн Абсалома списанным на берег по ранению.
Сам Ремезиан, оставлял гнетущее ощущение: огромные трущобы, раскинувшиеся за городскими стенами, мрачный и неухоженный город, на улицах которого нужно было всегда следить за тем, что происходит как под ногами, так и над головой. После цветущего и полного жизни Залива Милосердия, казалось, что мы попали в другой, более тёмный мир.
Вместо двух дней, в городе команда провела всего сутки, а квартирмейстеры справились с покупкой всего необходимого и того быстрее. Как я услышал из разговоров команды, они лучше перетерпят и отдохнут в менее унылом городе порту. Закончив с погрузкой провианта, часть команды отправилась в трюмы, ловить набежавших в них крыс, ещё не хватало, чтобы они попортили продукты или, занеси какую-нибудь болезнь. Когда доки Ремезиана скрылись за горизонтом, а матросы увлечённо охотились на паразитов, с одного из кораблей начали подавать сигналы о том, что у них что-то случилось.
— Что-то важное или опасное? — уточнил я у капитана, который лучше разбирался в значении вывешенных флажков.
— Нет, — прищурив глаза, ответил он, — они что-то или кого-то обнаружили, и не знают, что с этим делать.
— Обнаружили? — задумчиво посмотрел я на соседний корабль, — Неужели кто-то смог пробраться на корабль пока мы были в порту?
— Не думаю, — ответил капитан, — все наряды велись исправно и только крысы могли пролезть, в своих товарищах я уверен. Мне готовиться к остановке? — уточнил он.
— Не стоит, я быстро слетаю туда и узнаю, что именно там произошло, — расправив крылья, я забрался на фальшборт, — если что-то действительно серьёзное, то мне ничего не стоит вернуться.
Заметив кивок от капитана, я шагнул в море, чтобы через секунду скользить вдоль глади. Всё же крылья и возможность летать — неоспоримое преимущество почти в любой ситуации. Долететь до двигающегося в сотне метров корабля не составило проблем, однако стоило мне приземлиться, минуя все канаты, как ко мне тут же выбежал очень нервный капитан уже этого судна.
— Ваше благородие, я не знаю как так получилось, — тут же начал оправдываться он, — я со своими людьми проверяли трюмы перед отплытием и ничего не обнаружили, и только когда было приказано разобраться с крысами, обнаружили её.
— Подождите, кого — её, и перед каким именно отплытием? — прервал его я, позволив вести себя в сторону его каюты.
— Ох, — утёр он пол со лба, — лучше вы увидите всё сами, — ещё быстрее он зашагал вглубь корабля.