-Я знаю границы, сестренка, и не переступаю их, - высокомерный взгляд и фальшиво добрый тон ни что иное как очередная попытка меня напугать. Но, увы, я не боюсь. Сейчас я не боюсь ничего. Главный и единственный страх – потерять близких, остальное – мелкие неприятности жизни.
Весь этот разговор вызывает замешательство у семейства Райт. О чем мы со Скоттом говорим, а точнее обмениваемся угрозами, понятно только нам двоим. Оно и к лучшему, не зачем втягивать всю семью в подобный абсурд.
-Ты нашел работу? – Похоже, отец не выдерживает нападок Скотта на меня и решает остудить его пыл более волнующими вопросами.
-Сегодня день Кэсси, зачем говорить обо мне? – Опа, что, братец, задели за живое? Но просто так Шон не даст перевести тему, Скотт сам загнал себя в эту ловушку своими выходками, сам же и пришел сегодня.
-Я задал тебе вопрос, будь добр ответить на него! – Такой тон отца вызывает у меня мурашки, краем глаза замечаю, что Амалия дернулась.
Желудок начинает неприятно скручивать, в голове шумит, а перед глаза все плывет. Только не это! Осторожно, не привлекая внимания сидящих за столом, встаю и стараюсь идти максимально ровно, будто все прекрасно вижу и меня не шатает как после недельной пьянки.
Уже у самой туалетной кабинки меня почти выворачивает наизнанку, поэтому, оттолкнув человека, что собирался в нее войти, закрываю за собой дверь и падаю на колени, обнимая своего нового «белого друга».
Утренняя каша, два стакана кофе, хот-дог, съеденный вместо обеда, картофельный салат и карбонара с манговым соком. Даже освободившись от всего этого, мой желудок, похоже, собрался выплюнуть еще и вчерашние Кобб и стейк из говядины. Но, видимо, поняв, что пуст, наконец дает мне спокойно выдохнуть.
Можно подумать, что дело в хот-доге, но нет, такова моя реакция на стресс. Не приди сегодня Скотт, возможно, все бы обошлось, и день бы был очень даже хорошим, не смотря на стычку с Вильямом и посещение больницы. Но похоже жизнь решила сделать все по-своему и за последние двое суток столкнула меня с теми людьми, от которых я зареклась держаться подальше.
Меня передергивает от моего же отражения в зеркале. Все лицо красное, тушь потекла, на левом глазу у носа лопнули капилляры. Красотка, что тут еще скажешь!
-Вам плохо? – Голос кажется смутно знакомым, с моих губ слетает истерический смешок, как только я вижу, кто передо мной.
-Почему вы появляетесь только тогда, когда мне нужна помощь? В который раз мы сталкиваемся? Четвертый? – Заваливаю парня вопросами и вижу на его лице улыбку.
-Шестой, - мой вопросительный взгляд вызывает у НамДжуна смех. Мы сталкивались четыре раза – у Джессики, в самолете, аэропорту и сейчас. Так почему он говорит о шести? – Мы встречались сегодня на радиостанции, но вы меня, похоже, не заметили, а потом сбили на лестнице у Метрополитена.
Открываю рот, чтобы ответить, но тут же его закрываю. Так вот с кем у Амалии сегодня было интервью в эфире, который я благополучно пропустила, вот почему у радиостанции было столько людей утром. Бог мой. Два раза еще можно считать случайностью, но как назвать шесть встреч за последние двое суток?
-Я просто не знаю, что сказать… - впервые я настолько растеряна, что не могу подобрать слов. Глаза широко распахиваются, и я с ужасом понимаю, что мой внешней вид «слегка» пугающий. Полотенцем для рук пытаюсь оттереть потекшую тушь, но лишь сильнее ее размазываю по лицу. Черт! Что он обо мне подумает?
-Может позвать кого-то? – Его участливость сбивает с толку.
-Нет, я в порядке, просто…кхм…немного, - парень молчит, давая мне сформулировать мысль и договорить, но было бы что говорить. В голове полнейшая каша, и я не имею ни малейшего представления, как ее разгрести. – Стресс и все такое.
НамДжун понимающе кивает и встает рядом со смой, оперевшись о столешницу для раковин. Возможно, я нарушила его личное пространство, но, положив тяжелую голову на правое плечо парня, мне стало немного легче.
Мы не произносим ни слова, этого и не нужно. Может он не понимает, но вот так находясь рядом НамДжун поддерживает меня. За наши короткие встречи, парень ненамеренно увидел столько дерьма в моей жизни, другой бы на его месте прошел мимо и не вмешивался, но он…защитил от Питера, помогал мне разговаривать с врачом, когда у Кэт случился приступ, не устроил разборки, когда я толкнула его на лестнице у музея, и сейчас не бросил одну, видя, что чувствую я себя отвратительно.