Благодаря сестре забираюсь в ванну и, сполоснувшись, остаюсь отмокать.
-Я тебе обезболивающие принесла, - Кэти протягивает стакан с водой и белую таблетку. – Чем я еще могу помочь? – Сестра садиться на колени рядом с ванной и нежно поглаживает меня по волосам.
-Принеси мне белье и халат.
Началось. Ближайшие три дня, я смогу только ползать. Из-за акклиматизации и стресса мой цикл сбился, и месячные начались на неделю раньше. Зная свое тело, я прекрасно понимаю, что боли будут адские, но из обезболивающих остались только упаковка таблеток и последний согревающий пластырь. Нужно добраться до аптеки, иначе я просто загнусь.
Кэт как мама сегодня. Она помогла мне одеться и спуститься в гостиную, усадила на диван, укрыла пледом и принесла завтрак.
-Кэсси, - сестра сидит рядом со мной на диване и жует тост с арахисовой пастой, - что я должна говорить на суде? – Солнышко, я совсем не тот человек, которому нужно задать этот вопрос.
-Не знаю… Алекс хотел поговорить с тобой об этом. Он не звонил? – Кэт отрицательно мотает головой и тяжело вздыхает. – Эй, - тяну к себе, и сестра податливо ложится около меня на край дивана, - в этом нет ничего страшного. Тебе будут задавать вопросы, ты предельно честно на них ответишь, а потом скажешь свое мнение. Только и всего. Как тест и эссе по литературе, - от такого сравнения девочка морщится, а потом поднимает голову и смотрит мне в глаза.
-Я могу сказать то, что действительно считаю правильным для себя? – Этот вопрос вводит меня в ступор. Она думала, что ее заставят солгать? Боже, моя маленькая девочка…
-Да, Кэт, именно так. Помни, что от этого зависит твое будущее. Отнесись к своим выводам очень серьезно.
-И ты примешь мой выбор в любом случае? Даже если я останусь с мамой?
-Да, милая, если ты считаешь, что так будет лучше для тебя.
Как бы я ни была не согласна с ее решением, я приму этот выбор. Кэти знает, что делает.
Сестра хотела что-то сказать, но громкий стук в дверь ее прервал.
Мужчина афроамериканец среднего роста и миниатюрная шатенка нарушили хрупкое спокойствие в нашем доме. Они придирчиво осматривали каждый дюйм, словно искали изъяны для придирок. Я знала, что социальная служба заинтересуется нами рано или поздно, и боялась этого.
Женщина-миссис Дороти ростом ниже среднего, сорока лет в бежевом костюме из юбки-карандаш и пиджака, практически, сливалась с нашей гостиной того же цвета. Мистер Льюис в черном классическом костюме постоянно оттягивал ворот своей голубой рубашки, видимо, ему душно, хотя кондиционер работает на полную.
Неловко кутаюсь в плед, на мне короткий халат и показывать свои голые ноги посторонним людям мне совсем не хочется.
-Итак, - мистер Льюис широко улыбается, от чего Кэти жмется ко мне, - полагаю, вы знаете, зачем мы здесь. Каталина, нам бы хотелось услышать, как ты оказалась у сестры.
Мелкая обеспокоенно оглядывается на меня, ища поддержки, и получает ее, я крепко сжимаю ее ладонь в своей и ободряюще улыбаюсь.
-Мамы долго не было дома, мне стало страшно. Я сказала ее менеджеру, что хочу к отцу в Нью-Йорк, она купила мне билет и посадила в самолет. Оказавшись в Нью-Йорке, я не смогла дозвониться папе, у меня был адрес Кэсси, поэтому я поехала к ней.
Киваю в подтверждении ее слов.
-Она приехала около полуночи и осталась у меня с ночевкой. Алекс ответил на наши звонки спустя пару дней. Потом приехал к нам…
-Я сказала, что хочу остаться с Кэсси, папа не был против, и она тоже, - сестра кивает на меня.
-Мой отец помог устроить Кэт в школу.
-Когда это произошло? – Наконец подает голос шатенка. Скажем так, я в своей жизни общалась со многими людьми, но такого писклявого голоса не слышала никогда. Может дело в слишком тугом пучке?
-В позапрошлое Рождество, - наше первое Рождество вместе. Воспоминание о том дне вызвало у нас обеих улыбку.
-«Девушки, почему вы одни в этот светлый праздник? Может я составлю вам компанию?» - Кэти тихо шепчет себе под нос, но я услышала, и не смогла сдержать смешок. Это слова доставщика пиццы. Мой холодильник был пуст в тот день, и это была единственная доставка, что работала в Рождество.
Социальные работники непонимающе переглядываются, и мистер Льюис задает новый вопрос.