Глупо было бы сейчас утешать мелкую, как-то обнадеживать. Никто не знает, чем закончится весь этот фарс с разводом, как и то, с кем она останется, что решат совершенно незнакомые люди. Безумие-выбирать за кого-то, определять его судьбу, но, к сожалению, это единственный выход-довериться непонятно кому.
-Кэсседи, с вами хочет поговорить судья Стивенсон, - подскакиваю от неожиданности. Мистер Льюис добро улыбается и взглядом указывает на ожидающего пристава, что сопровождал меня ранее.
-Но… - неуверенно поднимаюсь со стула, не отрывая взгляд от Кэти.
-Она не будет одна, - мужчина жестом зовет психолога, которая разговаривала с моей сестрой.
Опять оставить ее с незнакомым человеком слишком сложно для нас обеих. Беспомощно кручу головой, переводя взгляд с сестры на пристава и обратно.
-Я скоро вернусь, - нехотя отхожу от столика и следую за приставом, бесконечно оглядываясь, пока дверной проем позволяет видеть растерянную Кэти.
Створки лифта закрываются, и я судорожно вздыхаю.
-Вам не стоит волноваться, если судья Стивенсон приглашает кого-то для разговора, то это говорит, что решение будет более чем справедливым, - нарушает тишину мужчина.
-Такое редко происходит? – Задаю вопрос, когда лифт останавливается на седьмом этаже.
-Я видел такое только три раза, а работаю здесь больше двадцати лет, - глупо киваю, не понимая смысла сказанного.
Миссис Стивенсон сидела за огромным столом с кипой бумаг. Перед ней сидела женщина с короткими каштановыми волосами в черном шифоновом платье в мелкий белый горошек. Они о чем-то тихо говорили, но остановились, услышав мои шаги.
-А, мисс Райт, - судья приветливо улыбается и указывает на свободный стул перед своим столом. – Садитесь, мы с миссис Гаррисон хотим у вас кое-что спросить.
Эти пятнадцать шагов от двери до стула показались мне самыми тяжелыми в жизни. Что они хотят мне сказать?
Постойте. Я уже видела эту женщину сегодня. Точно. Она была среди присяжных, но почему миссис Гаррисон сейчас здесь?
Растерянно перевожу взгляд с одной женщины на другую, но они, похоже, не торопятся начинать этот разговор.
-Кэсседи, - уверенно начинает присяжная, - могу я вас так называть? – Киваю и расправляю плечи. – Мы с присяжными уже вынесли решение, но данная ситуация непростая, а потому как вы с сестрой очень близки, нам хотелось бы кое-что у вас узнать, чтобы быть уверенными в правильности своего решения, - она замолкает, давая мне время обдумать услышанное. – Готовы ли вы отпустить ее?
Не сразу понимаю смысл ее слов, а когда до меня наконец доходит, тело словно покрывается толстым слоем льда. Сердце болезненно сжимается, и, кажется, что штырь в левом плече ощущается еще сильнее.
Однажды этот момент наступит, и я должна буду отпустить ее.
-Да, если это необходимо.
Они переглядываются, как будто нашли подтверждение своим мыслям.
Чтобы скрыть волнение, сжимаю руки с такой силой, что костяшки белеют.
-Вы переехали в Лос-Анджелес по той причине, которую назвала Каталина? – Миссис Стивенсон снимает очки и крутит в руках.
-Ее иммунитет ослаб в переменчивом климате Нью-Йорка, и лечащий врач настоятельно рекомендовал переезд в более южные штаты. Мы решили, что этот город подходит больше, потому что Кэти выросла здесь, - я не полностью ответила на этот вопрос, но сказать, что это еще и побег от постоянно настигающего прошлого, было бы похоже на идиотизм.
-Что ж. Здесь мне все ясно, - в который раз за сегодня повторяет судья Стивенсон. – Вы можете идти.
В смятенных чувствах выхожу из кабинета. Зачем им было приглашать меня? Чтобы задать два вопроса? И что значили эти взгляды?
-Ты полнейший идиот! – Громкий крик знакомого голоса, заставляет вздрогнуть.
Красная от злости Джессика выглядит устрашающе, но Алекса это, похоже, абсолютно не волнует. Он безразлично на нее смотри и, кажется, ловит кайф от ее криков.
Истеричка. Какой была такой и осталась. Не удивлюсь, если Дерек стоит где-то по близости и снимает это на видео, чтобы выложить на один известный сайт с каким-нибудь пестрым названием.