Как заставить Кэти уснуть? Дать ей книгу. Она засыпала еще на взлете, но после того, как самолет набрал высоту, она уже просто дрыхла, и ничто не могло ее разбудить. Разве что еда, но до нее еще полтора часа.
Отстегиваю ремень и опускаю сиденье на максимум, Кэти тут же сворачивается клубочком, прижимая колени к груди. По моей просьбе стюардесса приносит плед, и я укрываю им эту маленькую вредину.
В попытках сосредоточиться на редактировании фотографий, все время возвращаюсь к вопросу сестры: «Ты останешься со мной?», если бы это было в моих силах. Здесь все решает суд. Алекс не будет запрещать нам видеться, может даже оставит все как есть, а вот с Джессикой будет сложно, она может сослать Кэти в очередной пансионат для девочек, и встречаться мы будем два раза в год по праздникам.
Питер то и дело снует мимо меня и бросает злобные взгляды. Успокойся уже. Столько времени прошло, а ты все еще бесишься, что я выбрала не тебя? Ты сам виноват, уж прости.
Сбрызгиваю лицо холодной водой, чтобы хоть немного прийти в себя. Что я такого сделала, что жизнь не просто бьет, лупасит по мне со всех фронтов? На работе Вильям не дает покоя со своими постоянными придирками и глупыми указаниями, из школы за последний месяц звонили чуть ли не каждый день, мы с директором уже на «ты», хорошо хоть не отчислили, иммунитет Кэти не дает продыху, бесконечные анализы и врачи, да и сама она ведет себя не лучшим образом, Джессика, находясь в трех тысячах миль от нас, сумела достать и прибавить проблем, теперь еще и Питер. Я даже не удивлюсь, если в моем обеде окажется мышьяк. Это будет самым эпичным окончанием моей жизни.
Выходя из туалета, врезаюсь в брюнета, что помог мне ранее.
-Простите.
-Все в порядке, - он улыбнулся и на щеках появились очень милые ямочки. Какой же он красивый. – Вам нехорошо? – Похоже, выгляжу я так себе, раз он спросил.
-Укачало немного, - вежливо улыбаюсь и возвращаюсь на свое место.
Когда Кэти спит, у нее течет слюна. Она такая беззащитная сейчас, если бы мне сказали, что она – главная хулиганка школы, в жизни бы не поверила. Откинувшись на спинку кресла, закрываю глаза.
Тихие хрипы и глухие удары в стенку кресла. Распахнув глаза, принимаю сидячие положение и осматриваюсь. Черт.
-Эй, принцесса, просыпайся, - дергаю сестру за плечо, но это совсем не помогает. Легонько хлопаю ее по щеке, Кэти испуганно открывает глаза, и начинает хрипеть еще сильнее. Черт. Черт. Черт.
-У вас все в порядке? – Обеспокоенная стюардесса возникает из ниоткуда.
-Серый рюкзак наверху, в маленьком кармане ингалятор, - быстро произношу и помогаю сестре сесть и наклониться вперед, растирая при этом спину.
-У нее приступ? – Нет, она просто дурачится! А на что это похоже? Не отвлекаясь, киваю. – Вам нужно что-то еще?
-Успокоительное, стакан воды. И, желательно, кипяток, чтобы шел пар, здесь очень сухо, - помогаю сделать ингаляцию, и приступ немного ослабевает, но дыхание все еще хриплое.
-Может быть врача? – Спрашивает стюардесса и капает в стакан валидол.
-Нет, ей уже легче, - говорю спокойно, но глубоко в душе надеюсь, что так и есть.
Все эти манипуляции привлекают внимание пассажиров бизнес-класса, в котором мы летим, они постоянно оглядываются и недовольно смотрят. Простите, что помешали!
-Ей нужна кислородная маска, - хочу съязвить, что и так это знаю, но останавливаю себя. – Держите, - высокий мужчина, похоже из стаффа этой группы, протягивает прибор, и я, не задумываясь, принимаю его. Плевать на гордость, когда жизни Кэти что-то угрожает.
Аккуратно прикладываю к лицу сестры маску и наблюдаю за ее состоянием.
Мужчина что-то говорит, но я не понимаю ни слова. Возможно, из-за волнения, а может он иностранец.
-Он медик, и просит вас отойти, чтобы осмотреть девочку, - переводит парень, который сидит перед нами. Ну, уж нет. Я вас совсем не знаю.
Видя мое недоверие, парень пытается меня убедить:
-Мы не хотим ей навредить, только помочь, чтобы не стало хуже, - оценив ситуацию, уступаю мужчине место, пропуская к сестре. Но все еще насторожена.