На четвертый день болезни Имоджин портрет Розамунды был почти готов, и вся компания молодежи собралась на лужайке, на том самом месте, где он был создан, чтобы сравнить работу художницы с прелестным оригиналом. На чай к Грейстоунам приехала Оливия Глоссберри и еще несколько молодых леди и джентльменов, так что Флора могла быть удовлетворена количеством зрителей, в большей или меньшей степени восхищавшихся ее работой.
— По-моему, моя сестра погрешила против истины, — заявил Бернард Уилтон.
Со всех сторон тут же прозвучали вопросы, насколько серьезен грех мисс Уилтон — приукрасила она прелестное создание или же, напротив, приуменьшила достоинства мисс Тиллард, но коварный Уилтон отказался отвечать. Флора обиженно толкнула брата кулачком и обратилась к другим критикам — что скажут они? Джентльмены единодушно признали, что мисс Тиллард очаровательна на портрете и еще более хороша собой в жизни, а завистливые леди истолковали слова Уилтона так, как будто Флора намеренно придала чертам мисс Тиллард большую выразительность, и единодушно согласились с этим надуманным мнением.
Филлис промолчала, на ее взгляд, Флора рисовала весьма посредственно и портрет не имел большого сходства с оригиналом. У самой мисс Барнс, сыгравшей зловещую роль в жизни мисс Найт, несомненно, был больший талант, написанные ею портреты учениц высоко ценились девочками и их родителями. Филлис выбралась из толпы и отошла к скамье, на которой позировала Розамунда. К ее удивлению и даже негодованию, мистер Уилтон последовал за ней.
— Вам не понравилась работа моей сестры, мисс Найт? — спросил он, остановившись напротив скамьи.
Филлис подняла голову, придерживая одной рукой шляпку, — Уилтон был очень высок, и приходилось смотреть на него снизу вверх.
— Разве я что-то такое сказала? — надменно ответила она.
— Выражение вашего лица говорит о том, что портрет мисс Тиллард вам не понравился.
— Похоже, вы способны истолковать любое выражение моего лица именно так, как вам удобно, — не удержалась Филлис от шпильки, хотя уже не раз давала себе обещание не поддаваться на провокации Уилтона.
— На мой взгляд, Флоре не стоит заниматься портретной живописью. Пейзажи удаются ей намного лучше, но у нее всегда найдутся восторженные почитатели, и сестра свято верит, что не уступает умением мисссис Мэйленд.
Филлис на мгновение задумалась — он нарочно упомянул миссис Мэйленд? Пора было выяснить все до конца. Мисс Найт решительно поднялась со скамьи и встала так, чтобы солнце не мешало ей смотреть на собеседника.
— Вы хотите напугать меня, мистер Уилтон?
Кажется, джентльмен был удивлен ответом. Его брови приподнялись, во взгляде появилась обычная насмешка.
— Вы полагаете, мисс Найт, я собираюсь пригрозить вам тем, что моя сестра напишет и ваш портрет? Признаюсь, не могу себе представить, чем еще я способен испугать вас.
— Уверена, вы очень хорошо представляете себе, как ваши разоблачения могут повредить мне, если вы или Флора пожелаете рассказать всем те сплетни, что стали вам известны от миссис Мэйленд.
— На самом деле я не очень хорошо себе это представляю, мисс Найт, — Уилтон помахал рукой сестре, подзывающей его к портрету, но не двинулся с места. — Насколько я понял миссис Мэйленд, ваши проделки, если их можно так назвать, были разоблачены, пусть и не сразу, и о вашей роли в неприятностях некоторых учениц пансиона стало известно. Прошло уже больше года с тех пор, как вы покинули стены учебного заведения, и ваша репутация не сильно пострадала из-за того, что вы всеми способами старались добиться подчинения от других девушек. Так что, поверьте, мне ни к чему рассказывать кому-то о вашем прошлом, меня больше беспокоит настоящее. Ваши намерения относительно мистера Баррита, кажется, выходят за рамки обычной вашей склонности очаровывать всех находящихся неподалеку джентльменов.
Филлис подумала о том, что Розамунда, то и дело поглядывавшая в сторону розария, должно быть, недоумевает — о чем ее подруга может беседовать с мистером Уилтоном. Ей вдруг стало не по себе — этот человек вел себя так, словно имел право вмешиваться в ее судьбу. Откуда взялась эта невероятная самоуверенность? Ладно бы он еще был другом Баррита, но ведь они познакомились лишь несколько дней назад! А к Имоджин Уилтон относился с полным равнодушием, кажется, даже со снисходительным презрением к ее глупости. Так зачем он настойчиво пытается убедить Филлис оставить в покое Чарльза Баррита?