Пока я думала, в столовую вошёл капитан Скай и одарил меня привычным злым взглядом. Это помогло решиться. Ладно, была не была. Я опять налепила на лицо загадочную полуулыбку и постаралась смотреть только на своего собеседника.
— Мы с Амулетом будем очень рады новым друзьям. Приходите сегодня после ужина в палисадник около моего дома.
— От души благодарю, Валери. А что малыш любит? Чем можно его угостить?
На миг накрыла паранойя. А вдруг майор вздумал навредить Муле? Но я быстро себя одернула. Нельзя так, Валери! Жизнь превратится в кошмар, если подозревать всех в желании причинить вред твоему пушистому любимчику! Такими темпами недалеко до гиперопеки и заточения под купол безопасности — этим некоторые сумасшедшие мамаши страдают. Но я-то не хочу такой быть! Просто возьму с собой распознаватель ядов.
— Я кормлю его по режиму, Эймунд. Амулет ещё маленький и на искусственном вскармливании почти с рождения. Так что будет хорошо, если вы принесёте ему игрушку.
— Замечательно! Договорились, — обрадовался майор.
Мы с ним закончили завтрак и до тех пор, пока не скрылись за дверью вместе, я ощущала спиной взгляд. Или даже несколько. Меня так сильно ими прожигало, что лопатки чесались.
Глава 8
Сегодняшняя диспансеризация прошла почти так, как я её и представляла — легко и непринуждённо. Видимо, майор Раст не только своим подчинённым объяснил правила поведения, но и всем остальным, кто ещё не побывал у нас в морге. Бойцы вели себя прилично: не пытались шутить, не делали сомнительных предложений и не задавали лишних вопросов, поэтому мы с помощницами раньше освободились, и я даже успела взглянуть на часть историй болезней с результатами.
Особенно меня интересовали исследования капитана Ская Войта. К сожалению, придраться там было не к чему. Ведь самый низкий уровень магии вазопретаторов не повод для постановки диагноза. Ну не повезло ему с боевым резервом — у Ская он чуть не дотягивал до десятки, — так это не болезнь. Многие обычные маги ему могут только завидовать. И посттравматический синдром не прилепить. Таких, как он, на прорывы не кидают. Разве что обостренное самолюбие на фоне зависти имело место, но это не то, что лечат лекари. Придётся завтра на повторном приёме сообщить капитану, что он здоров. Можно, конечно, перед этим из вредности заставить сдать кал на паразитов, но кому надо с его испражнениями возиться?
Творящий с ним, пусть живёт спокойно. Тем более у меня есть занятия поинтереснее.
Взглянула на часы — скоро придёт Эймунд, пора собираться на прогулку. Муля уже давно сидел в предвкушении у порога и периодически подавал голос.
Я открыла дверцу гардероба и, разумеется, не нашла в нем ничего нового — все те же несколько платьев, спортивная двойка и рабочие костюмы. Серое — однозначно отпадает. Пусть я и не хочу, чтобы майор считал нашу совместную прогулку свиданием, но и обижать мужчину, вырядившись, словно собираюсь в палисаднике читать молитвы Творящему Страннику, не стоит. Голубое, единственное моё нарядное платье, в котором я ходила на прошлый день студента, тоже будет смотреться неуместно — слишком праздничное. Оставалось зелёное, в котором я приехала поступать в академию четыре года назад. Очень приличное, закрытое, но в то же время симпатичное, и цвет мне идёт. Да и к траве очень подходит — не бросится в глаза, если пятно посажу.
Достала вешалку и, стянув с себя форму лекаря, сунула голову в горловину. А дальше случилось непредвиденное. Я думала, что в платье получится скользнуть, как я это делала четыре года назад, но нет. Выросла я гораздо сильнее, чем предполагала. Платье удалось натянуть лишь с усилием.
Я уставилась на себя в зеркало. М-да. Теперь в этом когда-то скромном и закрытом платье моя грудь выглядела прямо-таки внушительно, а талия подчеркивалась плотно прилегающей к ней тканью. Бедра, к счастью, благодаря пышной юбке не обрисовывались, но все равно почему-то добавляли общей картине какой-то вызывающей изюминки. Да и длина теперь доходила едва до колена, а раньше закрывала ноги почти до середины икры.
— Валери, я пришёл! Вы готовы? — стук в окно раздался как гром, а голос майора пробил молнией.
«Бездновы ошметки!» — выругалась я про себя и заметалась. Попыталась стянуть платье, но оно как будто приросло! Так просто не снять! Творящий, кошмар какой! Что же делать?!
— Уже выхожу, Эймунд! — прокричала я и потянула платье сильнее — гадкая ткань сопротивлялась и трещала.