— Ты прав, о Триптолем, — так же откровенно признался я. — Скажи, ведь ты писал тот лик Деметры в склепе? Но золото её волос вдруг сделал непривычно тёмным. Так тому была причина?
— Причина — мать моя. Её лицо ты видел…
В общем и целом, наверное, уже стоит отступить от протокольного дублирования всего диалога и просто пересказать его нормальным русским языком. Слова призрака подтверждали и опровергали Франца Кроносовича: 1) да, Деметру чаще всего рисовали золотоволосой; 2) нет, точно так же часто её волосы были каштановыми, рыжими и даже чёрными. Причина проста.
Во-первых, да — волосы богини плодородия должны быть золотыми! Во-вторых, нет — гречанки всех регионов страны крайне редко были блондинками, а художники всегда стремились передавать правду жизни! Получается, что Деметра стала заложницей ситуации.
И наш призрачный герой честно писал её лицо с собственной матери, почему оно и получилось таким живым, настоящим, с глазами, исполненными истинного трагизма. А по поводу росписи на вазах выходила вообще полная нелепица: если изображение краснофигурное, то у богини красные волосы, а не золотые. Если же оно чёрнофигурное, то кудри Деметры именно чёрные, уж никак не иначе!
— Саня, я таки запутался. Чо мы тут творим? Хотим знать настоящий цвет волос Деметры? Так я тебе прямо скажу: она была блондинка блондинкой! Можно уже домой?
Собственно, да. Чего ещё тут делать? Я поблагодарил нашего собеседника и развернулся в ту сторону, от которой мы шли. Там была глухая скала, чья вершина терялась в серой дымке.
— Не понял, а как же…
— Из Тартара нельзя уйти дорогой той, которой ты пришёл, — грустно улыбнулся мне Триптолем, — и путь назад сложнее, с чем себя поздравить можешь, брат-художник! Да, увы. Простишь ли ты меня за то? Не знаю. Не я тебя призвал, но ты пришёл ко мне!
Боль в правом виске ударила так резко, что я едва не заорал в полный голос…
— Ты уверена, что он попал?
— Грин? Сто процентов! Он в царстве мёртвых.
— А что остальные, они не вернутся?
— Вернутся, боги найдут путь назад. Они выкрутятся. У них везде связи.
— Это я понимаю: старший брат не тронет младших. Хотя, конечно, те же олимпийцы не задумываясь занимались сексом со всеми подряд! Хоть с братьями и сёстрами, хоть с животными, хоть с деревьями.
— Гея, жена Урана, была его же матерью. Зевс рождён от Кроноса и Реи, брата и сестры, а впоследствии женился на своей сестре Гере. Я уж молчу о том, как ему самому потом пришлось рождать собственную дочь Афину! А Европа, которую он украл, превратившись в быка, его племянница…
— Ну, так и та же вечная девственница Гера родила кузнеца Гефеста отнюдь не от мужа! Который потом при случае хотел изнасиловать свою же сестру Афину. Боги Древней Греции те ещё шалунишки!
— Кстати, у Афродиты и Диониса тоже был родственный инцест.
— Который они оба отрицают. Так что это сплетни!
— Тем не менее людишки верят.
— Даже в школах это преподают.
— Хотя богам до нас далеко…
— В смысле?
— Ну чо ты, как эта?
— Убери руку!
— Чего?
— Убери, говорю!
— Будь со мной поласковее…
— Я не в настроении!
— Ой, ой, ой… А если я? А-ай, больно же!
— Я тебя предупреждала.