Тишина, наступившая после этого, была почти оглушающей. Гости замерли, осознавая, что только что произошло. В воздухе еще витал запах крови, смешиваясь с ароматами вечернего ужина и дорогих вин, а среди гостей начали распространяться страх и новая волна паники. Кто-то отшатнулся, кто-то побледнел, а некоторые вновь бросились к выходу, стремясь покинуть дворец раньше, чем до них дотянется гнев государя Альбиона.
Король, стоявший возле стола, казался сломленным. Его лицо побледнело, а руки дрожали когда он медленно опустился на стул, не в силах смотреть на то, что осталось от его жены. Через минуту, он вскинул взгляд на Винсента, но вместо благодарности в его глазах была смесь ярости и боли.
— Что ты наделал? — прошептал король. Голос его был едва слышимым, но наполненным искренней горечью. — Я ведь… приказал…
Винсент молча вытирал руки белоснежной салфеткой оставляя на ней бурые разводы, прекрасно понимая, что любые слова сейчас будут лишь пустым оправданием. Но вместе с тем, даже зная к чему приведут его действия, бывший священник не колеблясь повторил бы их. Он просто выполнял свой долг чтобы защитить других, но для убитого горем короля это не имело значения.
Мейсон и другие лидеры ЧВК оставались на своих местах, наблюдая за происходящим. В их глазах не было осуждения, лишь понимание неизбежности этого шага. Но никто из них не осмелился вмешиваться, опасаясь усугубить состояние короля и обратить его гнев на себя.
Когда все немного успокоились, Винсент подошел к столу, взял открытую бутылку вина и сделав пару глубоких глотков прямо из горлышка, направился к выходу. Не смотря на все попытки, его руки всё еще были покрыты кровью королевы, и он чувствовал на себе тяжесть её последнего взгляда. Под звуки прерывистых рыданий короля и шепотков собравшихся, бывший священник покинул зал.
За дверями дворца, под покровом ночи, Винсент остановился, чтобы сделать глубокий вдох и не менее глубокий глоток. Вокруг него звучал город, который пока находился в блаженном неведении. Уже завтра все газеты мира будут пестреть от громких заголовков и его, Винсента, фотографий: «Зараза проникла в королевский дворец!», «Убийца чудовищ не щадит никого!», «Бывший священник убивает королеву!», «Смерть на балу — не бульварный роман, а горькая реальность!»…
Он понимал, что этот вечер изменит многое: король перестанет доверять ему, хотя и понимал, что сделанное было необходимо. Но несмотря на все это, Винсент знал, что должен продолжать свою миссию — спасать королевство от угрозы, какой бы неожиданный облик она ни принимает.
Собравшись с мыслями, глава Вектора направился к своему автомобилю чтобы вскоре, закрывшись в кабинете, забыться тяжелым пьяным сном…
Газета «Альбион Трибьют»:
«Таинственные события в Египетском халифате: древние артефакты, исчезновения и международные интриги»
Последние недели внимание всего мира приковано к Египетскому халифату, где разгорается один из самых загадочных и интригующих скандалов последних лет. События, связанные с исчезновением экспедиции археологов и таинственными артефактами, найденными в пустыне, вызывают не только общественный резонанс, но и напряжение между мировыми державами.
Слухи о находке древнего артефакта, обнаруженного в руинах под пирамидой Хефрена, начали распространяться ещё месяц назад. Как сообщается, речь идёт о странной металлической конструкции, украшенной сложными гравировками, которые не принадлежат ни одной из известных древних культур.
Археологи из Египетского халифата, совместно с группой учёных из Римской империи, предполагали, что находка может быть связана с доисторической цивилизацией, которая существовала на этой территории задолго до первых фараонов. Однако их исследования были внезапно прерваны: вся команда исчезла из лагеря возле пирамид в одну ночь, оставив после себя лишь разрушенные палатки и следы борьбы.
Исчезновение экспедиции вызвало волну протестов со стороны академического сообщества. Представители Германской империи и Франкии направили официальные запросы о допуске своих специалистов к месту происшествия. Однако правительство Египетского халифата отказалось от международного участия, сославшись на вопросы национальной безопасности.