— Ааааааа! Скорее звоните в скорую! Скорее! У меня в подсобке есть телефон! Быстрее бегите туда! — после этого послышалось, как кто-то бежит в сторону кабинета. Единственное, что пришло мне в голову, так это спрятаться в шкафу.
Я не просто старалась быть незаметной, я растворилась в этом шкафу. К счастью, все были очень заняты происходящим, и никто не обратил внимание на окно. Дождавшись момента, когда на этаже стало тихо, я вышла из шкафа, растворила окно и перелезла на лестницу.
Сердце колотилось, ладони вспотели, но я продолжала спускаться вниз, вся дрожа. Было очень скользко, но я держалась изо всех сил. Мне нужно было скрыться, каких бы усилий этого мне не стоило. Лестница закончилась на уровне второго этажа, ничего не оставалось делать, как спрыгнуть. Внизу, как назло, был асфальт, покрытый коркой льда. Я собрала весь дух в кулак и отпустила руки. В течение дня я уже и забыла, как сильно у меня болел кончик, но, приземлившись в очередной раз на него, я вспомнила эту боль. Нельзя было терять ни минуты, я стала вставать, но оцепенела: в метре от меня стоял наш дворник — пожилой мужчина не русской внешности, который обратился ко мне:
— Дочка, все в порядке? — не знаю, как все это выглядело со стороны, но я не растерялась.
— Да! Репетирую пожарную эвакуацию!
— Ааа, это хорошо! — после его слов я начала двигаться дальше от школы, очень хотелось бы бежать, но не получалось. Нужно выбрать дорогу, по которой бы меня никто не стал искать. Я огляделась вокруг школы. За забором по дороге пронеслась Скорая Помощь.
— Нет, Жанна, надо бежать. — я выбрала направление и побежала. Сначала боль сковывала все мои движения, потом стало легче двигать ногами, тело стало привыкать к неприятным ощущениям, я стала набирать скорость.
Конец