Патроныч от удивления выругался матом и даже забыл придать лицу свое фирменное каменное выражение. Это было удивление удвоенной силы. Во-первых, потому что грабитель все-таки был. Во-вторых, потому что какая-то продавщица смогла по штанам дать описание подозреваемого.
За сто с лишним лет назад до Патроныча точно так же, по такому же поводу в одном из универмагов открывал рот от удивления писарь Первого бюро полицейской префектуры Парижа Альфонс Бертильон. Писарь примеривал свадебные фраки под строгим надзором своей невесты. Пять фраков она забраковала еще до того, как он их надел. «Этот будет велик. У этого рукава короткие. У этого рукава слишком длинные. Это фрак для толстых. Этот – не по твоей широкой спине». Но и те, которые мерились, регулярно не совпадали с его фигурой. Застенчивый Альфонс стоял в одной рубашке с манишкой и сгорал со стыда. Его могли увидеть в таком неприличном наряде. Пытка казалась бесконечной. Он с ужасом думал о предстоящей примерке брюк. На 11 фраке он не выдержал: «Ладно, сдаюсь. Мы идем к портному. Хоть это и разорительно». Невеста только лукаво улыбнулась. Когда портной снимал мерку с Альфонса, порхая вокруг его тела с сантиметром, завязался исторический, судьбоносный разговор.
– Послушай дорогая, я не знал, что подобрать фрак на мою так трудно.Неужели я такой особенный.
– О, Альфонс, ты у меня уникален.
– А отец мне всегда говорил, что я обычный буржуа.
– Все люди особенные, – встрял портной. – У людей может быть одинаковый рост, одинаковая талия и т. д, но чтобы совпали все пятнадцать замеров для фрака и брюк, такого я не видел на своей памяти!
Озарение снизошло на Альфонса:
– Вот! Вот что надо делать с преступниками!
–Что надо с ними делать? Шить им фраки? –сострила невеста.
– Нет же! Обмеривать их! Тогда мы всегда будем знать кто перед нами, даже если жулик сменил имя!
К чести Патроныча, он быстро оправился от удивления.
– Я чо, портной тут вам? На фиг мне эта цифирь? Хотя рост – это хорошо. Вы мне про особые приметы скажите. Ну, Копыто, какие у него особые приметы: бородавка на лбу, родимое пятно, косоглазие, нос сломанный, на пример? Или шрам, или зуб золотой, или железный? У нас в отделении у мужика одного было два золотых и аж пять железных зубов! Я его до сих пор помню. Как сейчас прямо перед глазами стоит! Только фамилию забыл.
Копыто поскреб память на наличие примет хмыря, но ничего не наскреб. Да и не приметил ничего с самого начала.
–Хреновый из тебя свидетель, – оценил молчание подчиненного Патроныч и привычно заорал в рацию:
– Всем постам, …лядь! Всем постам, в душу мать! А ну, проснулись раздолбаи. У нас двое подозреваемых в грабеже. Один из них этот певец вчерашний, другой мелкий, щуплый, в новых джинсах и туфлях. Задержать обязательно! Да меня слышит вообще кто-нибудь? Прием! Что за рация дурацкая? Кто тя делал, дуру такую? Ты, ваще, работаешь, а?
Рация что-то прохрипела и начала отвечать Патронычу:
– Пятый пост вас понял. Шестой пост все понял и т. д.
– Ну то-та!– удовлетворенно крякнул главный охранник, – еще бы ты у меня не работала. Я б тебя… Я б с тобой… хрен знает что сделал тогда.
Поговорив с рацией, Патроныч с обратился к Анне-менеджеру:
– Ну, сейчас начнется! Опечатываем склад и на охоту!
– А что тут у него в карманах звенит?
21
Дюшу распирало от собственной крутизны. Он шел уверенной походкой, расставляя носки новых штиблетов врозь, не уступая дороги прохожим, дерзко смотря им в глаза. Он презрительно окидывал взглядом мужчин, откровенно разглядывал девушек. Мысленно он уже купил себе телефон и начал раздавать свой номер красоткам направо и налево. «У меня бизнес. Так ничего серьезного – оптовая торговля. Но на рандеву в Сочи хватит. Позвони, если интересно. Сейчас занят, давай вечером. Надо партию джинсов отвезти…ОТВЕЗТИ?» Тут Дюша вспомнил о своей машине, затем о ключах от машины. Рука рефлекторно ударила по правому карману, но ничего не нашла. «ГДЕ?! ГДЕ ОНИ?!» В груди похолодело, в глазах потемнело, в ногах появилась слабость необычайная, Дюша рухнул на скамейку. «ЗАБЫЛ! КАК Я МОГ ЗАБЫТЬ?! ПРОСТО ЗАБЫЛ!» Стаи девушек разлетелись прочь, так и не взяв его телефон. «Забыть ключи – такое встречается сплошь и рядом. Каждый день такое с кем-нибудь происходит. Но почему Я! И почему сейчас?!» Только что судьба улыбалась ему широкой улыбкой продавца, а теперь со всей силы пнула его под дых, как злобный охранник. Даже нет, она улыбалась, и в это же время держала такую фигу в кармане! Фальшиво улыбалась Дюше фортуна! «Это несправедливо!» – спихнул вину со своей дырявой головы и на свою судьбу вор-неудачник. Мысль заметалась фонариком по темному складу памяти: «Где же я оставил ключи? В борсетке? В брюках? Если в борсетке, где права лежали, то нет уже у меня машины. Едет на ней какой-то гад, ворюга и радуется. Если в брюках, то машина здесь, но ключи у заклятых врагов. А скоро ключи и машина будут уликами в милиции! Что я наделал?! Что делать?! Что будет?!» Необратимость содеянного и неотвратимость расплаты придавили Дюшу. Придавили и… раздавили в нем дерзкого вора, преступившего через обывательские правила.«А! Почему я не купил первые попавшиеся ботинки не ушел домой?»