Мои однополчане поняли, что к ним пришла подмога, и хлопцы начали прорывать- ся ко мне. Первым на меня вышел Антон Кузьменко.
- Тёзк, а тебя где носило?
- Я был в штабе и выполнил с Тугаевым задание. Всем отходить. Товарищ майор ждёт нас в условленном месте.
Антон свистнул, потом крикнул:
- Задание выполнено. Всем отходить.
Я и Кузьменко из пистолетов-пулемётов прикрывали отход хлопцев.
- Стойте. Двоих не хватает,- сказал Антон.- Где они?
- Адиатуллина нет и Назирова нет,- проговорил Розенблат.
- Надо их найти и вывести из под обстрела, если они ранены, - приказал я, хотя, не был командиром.
- А если убиты?- предположил Кузьменко.
- Тогда их всё равно нужно найти и забрать с собой. Мы своих не бросаем,- повто- рил я слова товарища майора.
- Антон, а ты сам-то попробуй вынести на себе убитого и при этом не попасть под прицельный вражеский огонь,- проворчал Сенька.- Да и местность какая-то... То дома, то сараи, то ограды. Я предлагаю оставить убитых, а кто ранен, тех забрать с собой. А с уби- тых снять оружие и бронежилеты.
- Возвращайтесь. Я и Антон вас прикроем.
- Только так прикрывайте, чтобы немцы голов поднять могли бы.
- Да и вы шевелите поршнями.
То ли враги подумали, что к красноармейцам пришло большое пополнение, то ли их силы были истощены, но в любом случае фашисты приняли единственно правильное для нас решение - они начали отступать. Кинули в нас несколько гранат, но не добросили, а вот мы из оставшихся гранатомётов многих «достали». Кто из противников вырвался из ада, который мы им создали, скрылись за постройками. Непонятно - фрицы то ли залегли, то ли дали хорошего дёру.
- Давайте искать наших ребят,- предложил Кузьменко.
Адиатуллин лежал под яблоней лицом вниз. Я перевернул убитого на спину и увидел, что у Флюра отсутствовала челюсть. Я закрыл глаза и отвернулся. Не мог я привыкнуть к такому. Одно дело - когда человека прострелили и другое дело, когда у бойца осколки «ампутировали» какую-то часть тела.
- Хлопцы, Флюр здесь лежит. Идите сюда.
- А здесь Назиров,- крикнул Розенблат.
Мы быстро подхватили убитых и направились к месту встречи с товарищем майором. Всё наше оружие было собрано и унесло с поля боя. От ранений в руки и ноги бронежилет не спасает. От попаданий в лицо каска не спасает. Поэтому у нас было трое убитых и пятеро раненых.
- Товарищ майор, как с убитыми уходить будем?- спросил Антон.
- Не знаю, - ответил наш командир. - Своих погибших солдат на глумление врагам оставлять нельзя.
- Там стоит один нераздолбанный немецкий грузовик,- я показал направление.- Его можно использовать.
- Подгоните его сюда,- приказал товарищ Тареев, но никто не двинулся с места.- В чем дело, бойцы? Подгоните сюда машину.
- А кто будет за рулём?- спросил я.
- А что? Никто не умеет управлять автомобилем?!- очень удивился товарищ майор.
Все молчали.
- Ладно,- продолжал товарищ Тареев,- идём к машине.
Мы благополучно добрались до грузовика, и я заметил, что одно заднее колесо пробито. Это осколок гранаты, которую я выпустил по пехотинцам, постарался испортить скат. Ну и что? Всё равно доедем, если из пары колес, спущено одно. Второе-то не повреждено. Я обошёл машину. Два осколка пробили борт. Тоже ничего страшного. Положили убитых в кузов и помогли командиру группы залезть в кабину.
- Кто-нибудь… Ты, например,- товарищ майор показал на меня.- Сядешь со мной и будешь нажимать на тормоз и газ. А то с прострелянной ногой мне будет трудно управ- лять грузовиком.
Я сел рядом с товарищем Тареевым. Он показал на педали:
- Вот эта педаль тормоза, а вот это газ. Ставь сюда ногу и пока не скажу куда нажимать, не нажимай. Но на педали дави не резко, а плавненько.
Ехали мы, ехали, ехали-ехали и подъехали к машинам, которые я разворотил на лесной дороге из гранатомётов.
- Стоп машина,- сказал водитель, и я нажал на тормоз.- Всё. Дальше двинем пешком. Дорога узкая и объехать автомобили не сможем. Да мы и не знаем - КАК на машине подъехать к тоннелю. А этот участок леса нам знаком.
- Здесь недалеко лежит Чеботарь. Его надо взять с собой,- я чуть ли не приказал старшему по званию.
- Хорошо. Так и поступим,- согласился товарищ майор.
Мы добрались до тоннеля под утро. Носилок не было, а нести убитых за руки и за ноги не совсем удобно. Нас. Грязных, голодных и уставших, кто-то окликнул: