- Комсомолец Часовщиков, а тебе неинтересно – о чём я тут говорю?- Семён сделал замечание, заметив мою задумчивость.
- Да я слушаю, слушаю.
- Ну, вот ты, комсомолец Часовщиков, ЧТО думаешь о нашем пребывании в будущем? Тебе здесь нравится?
- А чего тут думать-то. Попали в будущее и попали. Так сказать - сказку сделали былью. А нравится здесь или нет - не знаю. Ещё не решил, но оружие то, что нужно нам на фронте.
- Антон, ты сказал, как будто это рядовое событие. Да. Нам говорили и в школах, и в армии, что Бога нет, и значит, никаких чудес быть не может. Но то, что мы находимся в будущем, до которого в реальной жизни нам вряд ли удастся дожить – это факт. Вывод один - наука отстаёт в своём развитии, и учёные вводят в заблуждение советское прави- тельство, партию и лично товарища Сталина.
- Кузьменко дожил,- сказал Тугаев.- Может, я тоже доживу. А учёные - враги народа, если обманывают товарища Сталина.
- Антон до этого дня не дожил,- проговорил Вовка Блинов.- Товарищ генерал-лейтенант сказал же, что в начале двадцать первого века его отца не стало. А если бы он дожил до сегодняшнего дня, то Антон мог бы встретиться с самим собой, но стариком. А так получается, что Кузьменко жил чуть больше восьмидесяти лет.
- Молодец! Крепкий дедок, - сказал я, и все заржали.
- Я не понял – а чего тут смешного-то? Если мой тезка дожил до глубокой старости, то понятно, что о крепкий дедок. Если был бы слабеньким, то столько лет не проскрипел бы. Разве не так? – Я продолжал, уставясь на Розенблата, объясни нам, комсорг, две вещи. Если Бога нет, то почему мы, пройдя по стометровому подземному ходу попали в буду- щее? А второй вопрос такой: кто прокопал или пробурил такой тоннель? Я трогал стены.
Они очень твердые даже там, где земля, а не глина. Стены чем-то покрыты – то ли лаком, то ли чем-то еще. ЧЕМ пропитаны стены, и кто это сделал?
- Ну, пробурить могли машиной, которой бурят тоннели метро, или используют в угольных шахтах.
- Уголь добывают отбойными молотками, - пояснил Блинов. – А насчет метро – не знаю. У нас метра нет, и поэтому я понятия не имею ЧЕМ бурят под землёй.
- Сень, а у тебя на первый вопрос есть ответ? – спросил я.
- Нет.
- У меня есть ответ, - поднял руку Арсланбек. – Марсиане копали подземный ход.
Все засмеялись, кроме Розенблата.
- Неправильно, - сказал Блинов. Не марсиане копали, а лунатики бурили. Сам видел. Здоровьем Гитлера клянусь.
Засмеялись еще громче, и даже Сенька захохотал.
- Неправильно говоришь, - Тугаев посмотрел на Блинова.- Надо говорить – здоровьем мамы Гитлера клянусь.
- Товарищи, а у Гитлера мать есть? – вполне серьёзно спросил комсорг. – Кто знает ответ на этот вопрос?
- У Гитлера матери уже быть не может, - ответил я.
- Почему? – спросил Арсланбек.
- Потому, что ты ее здоровьем поклялся.
Ржали все. У кого от смеха текли слезы, а кто держался за живот.
Из казармы вышли врач, товарищ полковник и капитанишка.
- Встать! Смирно! – крикнул Розенблат.
Мы замерли по стойке «смирно», но смех все равно пробирал. Кто фыркал, а кто еле сдерживал себя, чтобы не расхохотаться.
- Вольно, вольно, - махнул рукой старший по званию. – Отдыхайте, отдыхайте, товарищи красноармейцы.
- Вольно, - повторил Семен, и мы сели на скамейки и расхохотались.
Медик пошел в одну сторону, а товарищи офицеры подошли к нам.
- Товарищи красноармейцы, - начал товарищ полковник. – Как вы думаете – много жителей осталось в том селе, в котором вы искали разряженные гранатометы?
- Я общался только с одной бабушкой и слышал детский плач, - ответил я. – Больше наших людей в селе не видел.
- Они могли с нашей армией уйти на Восток, - задумчиво проговорил товарищ Дынский. – А могли спрятаться в лесу.
- И любой из этих вариантов может быть верным, - подтвердил старший по званию.
Я встал:
- Товарищ полковник, разрешите обратиться. Красноамреец Часовщиков.
- Обратитесь, товарищ красноармеец.
- Товарищ полковник, а как себя чувствует красноамреец Кузьменко?
- Хм. Генерал-лейтенант Кузьменко чувствует себя намного лучше, чем рядовой Кузьменко. Понимаете, у парня шок. Вот если бы вы встретили здесь своего сына, кото- рый в три раза старше вас, то КАК отреагировали бы на это событие?
- Не могу знать, товарищ полковник, потому что со мной такого происшествия не было, а если бы подобное случилось, то… - я пожал плечами.