— Выпей это, — сказала Геневра, наливая жидкость в два маленьких бокала. — Это немного поможет тебе успокоиться.
— Что это? — спросила Айрен, посмотрев на бокал. — Знаешь, когда я впервые попала в змеиный мир, меня так же поили кофе.
— Это настойка, сделанная из лунных трав, — ответила Геневра, протягивая бокал Айрен. — Она поможет тебе снять напряжение.
Айрен взяла бокал и выпила настойку. Темная эльфийка почувствовала, как ее тело наполняется теплом, а тревога постепенно отступает.
— Спасибо, — сказала Айрен, поставив бокал на стол. — Не настойка из бара, но..
— Я рада, — ответила Геневра, улыбнувшись. — В бар схожу, и..
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошел Барас, его свиная морда выражала привычное недовольство.
— Вы тут все еще чаи гоняете? — спросил Барас, его голос был грубым. — Охотники скоро вернутся. И надо что-то делать.
— Мы знаем, — ответила Геневра, посмотрев на Бараса. — Послушаем, что скажет Дина.
— Тогда пошли, — сказал Барас. — Нечего тут сидеть, как клушки.
— Нам нужно дождаться Дину, — сказала Айрен. — Она должна быть здесь.
— Ну, как знаешь, — сказал Барас, пожав плечами. — Я пошел готовиться.
Барас вышел из комнаты, а Айрен посмотрела на Геневру.
— Я должна кое-что сделать, — сказала Айрен.
— Что именно? — спросила Геневра, нахмурив брови.
— Я должна рассказать правду Айсен, — ответила Айрен. — Она должна знать, кому служила ее настоящая мать.
— Ты уверена? — спросила Геневра. — Это может быть опасно.
— Я знаю, — ответила Айрен. — Но она имеет право знать. И я верю, что она меня поймет.
Айрен встала и вышла из комнаты. Она должна была защитить свою дочь, и она сделает все, чтобы ее защитить.
Наконец, в комнату, где еще недавно царили тревога и напряжение, вошла Айсен. Она чувствовала, что в воздухе витает что-то важное, что-то, что должно изменить ее жизнь навсегда. Она посмотрела на Айрен, и ее сердце наполнилось беспокойством. Айрен была беззаботна, как всегда.
— Мама, — тихо проговорила Айсен, ее голос был полон тревоги. — Что случилось?
Айрен посмотрела на свою дочь, и сердце тёмной эльфийки наполнилось горечью. Она знала, что пришло время сказать правду, что пришло время раскрыть тайну, которую она так долго хранила. Она подошла к Айсен, и нежно взяла ее за руки.
— Айсен, — проговорила Айрен, ее голос был тихим, но твердым, — я должна тебе кое-что рассказать. Это очень важная история, и она касается нас обеих. Я не умею говорить, скажу как есть.
Айсен внимательно смотрела на неё, глаза искали эмоции на лице матери, а сами были полны тревоги и любопытства.
— Рассказывай, мама, — проговорила Айсен. — Я готова.
Айрен вздохнула, и начала свой рассказ, ее голос звучал ровно и спокойно, но в ее глазах горел огонек боли и сожаления.
— Когда ты родилась, когда твой цветок поднял стебли — проговорила Айрен, — я была не той, кем ты меня знаешь. Я была другой. Я служила демону. Он хотел заполучить тебя, Айсен, он хотел использовать тебя в своих целях. Я не хотела этого, я пыталась защитить тебя. Но я не могла его обмануть, он был слишком силен. Я хотела уберечь тебя от всего этого. Ты помнишь, я говорила про этот змеиный мир?
Айсен кивнула, ее глаза были полны слез.
— Да, — проговорила Айсен, ее голос дрожал. — Я помню.
— Твоя настоящая мать обещала тебя демону. Не конкретно тебя. Первого тёмного эльфа, что появится, — продолжила Айрен, ее голос был полон боли, — и я знаю, что это может быть трудно принять. Но я должна была сказать тебе правду. Эта тварь очень понимала в тенях, и помощь оказалась не лишней.
Айсен прикрыла рот рукой, ее глаза были полны слез.
— Но… но ты же… — проговорила Айсен, ее голос был полон отчаяния. — Ты не была рядом со мной. Ты не знала..
— И я всегда буду рядом с тобой, — кивнула Айрен, — если не прогонишь. Но я должна была сказать тебе правду. Теперь ты знаешь, почему меня не было с тобой. Иначе демон добрался до тебя. А так Хлоя и Лиза стали тебе семьёй. — Айрен неумело обняля Айсен, как-то по-особенному, без женственности. Это была максимальная материнская эмоция. — Мы обе тёмные эльфийки.