Петух тщательно подбирал слова, было видно, что ему сложно дается речь, однако он говорил, внятно и чётко. Если бы Айсен не видела перед собой животное, то готова была поверить во что угодно. Голавная боль куда-то прошла, снова появились странные лозы вокруг ее раны. Она не могла понять откуда, возможно, просто прилетели по воздуху. Сейчас была весна, но петушиный ящер, сделав круг над городом, полетел в сторону леса.
— Я покажу тебе одно место.
Спустя минуту он аккуратно опустился на какие-то руины. Это был разрушенный фейский храм, скорее всего, в очень стародавние времена. Если раньше в стране Барбак они пребывали в запустении, и там собирались бандиты и просто наркоманы, то при превращении в Лубакскую Империю их стали восстанавливать и делать музеями, рассказывая о фейском народе.
— Здесь мы встретились с Кровавым Клыком, — начал петух — твоей матерью. Айсен едва слушала огромное животное, она опустилась на камни, нагретые солнцем и просто отдыхала. Ее грудь вздымалась и опускалась и было очень
хорошо. Петух что-то говорил, а затем просто склонился над ней и смотрел большими рубиновыми глазами. И показалось, что и у нее самой такие же огромные и бесконечно глубокие алые, как кровь рубиновые глаза.
Когда она проснулась, она уже летела на спине огромного ящера назад домой. Через минуту он опустился и аккуратно вошел внутрь, если не считать сильно бледного отца, Айсен не заметила ничего необычного.
— Ну ты укротительница сестра, — посмеялась Вета, — кто бы мог подумать, петушиная укротительница, — она со смехом похлопала ее по спине, — я могла бы сказать, что тоже так хочу, но настоящие феи летают на грифонах, а я как
наполовину фея..
У Айсен не было сил отвесить сестре подзатылник, поэтому она просто кивнула. Вета стала серьезной.
— Пойдем в комнату, я тебя провожу, ты устала.
В такие минуты ей очень нравилось отношение сестры, они стояли друг за друга горой, и если что, превращались в настоящих сестер. Вета уложила Айсен на кровать и накрыла одеялом.
— На тебе тут трава какая-то, я смахну, — она небрежно скинула с нее лозы, — рана твоя, смотрю, затянулась. Молодец, регенерацию в себе повышаешь. Может быть тебе инъекцию на работе сделали, пока спала, вот у тебя голова и кружится?
— Нет, помнишь, у меня с детства так, когда весна все время голова кружится.
— А, да, помню такое, я только у рабов это видела, может быть тоже как-то передалось?
Айсен еле шевелила ртом.
— Я посплю немножечко, до завтра, завтра ведь опять на работу.
Айсен и полиция
Айсен спокойно лежала в своей кровати, завернувшись под самый подбородок. Она напоминала шелковичную куколку, правда с невероятно милым лицом, которое у нее было не отнять. Сестра что-то щебетала, стоя недалеко от нее и копалась на ее туалетном столике.
— Мне иногда кажется, что ты не девочка, что ты вообще — Вета перебирала немногочисленные бусы, заколки, щеточки для ресниц и для прочистки ядовитых зубов, которые были у Айсен. — Кто ты вообще? Вот я, например, — она гордо подняла нос вверх и Айсен уже знала, что сейчас будет — наполовину фея, а ты такое ощущение, что наполовину мужик. Ну знаешь, такие тоже бывают.
— Знаю, мы с ними вместе учились, — ответила Айсен, закрыв рот одеялом.
Ей нездоровилось. А пить невероятно редкое лечебное из срединного мира она не хотела. Наверняка все связано с весной и со вчерашними полетами, верховой ездой.
— Может быть не пойдешь?
— Да ты что, сдурела что-ли? — Айсен резко раскрыла руки и показалась из-под одеяла по пояс. — Работа — это то, ради чего мы существуем, ты забыла? Наши родители не просто так медали носят. Мы не имеем права их опозорить.
— Ой медали, я тебя умоляю, мы же не холуи?!
— Опять ты за свое — отмахнулась Айсен. — Тебя хоть не напрягает сидеть вместе с Байей в будке, — ее тон стал более добрым.
— Да ты что, тетя Байя просто замечательная бесовка. Мы с ней уже обсудили, — Вета стала перечислять какие-то странные фразы, названия, Айсен пропустила мимо ушей. — Вообще семья у нас какая-то странная, я наполовину фея, Варон, наполовину крыса..
Странное меховое создание, которое держала в розовой клетке Лиза Вторая, совершенно не было наполовину крысой, то, что зверек называется сони или как-то так, Айсен знала давно. Вета нашла его незадолго до того, как странный бродяга сказал ей о том, что она наполовину фея. Зверь стал кем-то вроде живого талисмана или даже фамильяра в глазах девушки. Она накрашивала ему когти в розовый цвет, делала завивку шерсти и всякое подобное. Впрочем Варон практически все время спал, иногда выбирался из клетки и ходил по комнатам, впрочем он был очень ленив и толст. После немногочисленных вмешательств со стороны Айрис, мотивированных тем, что дикое животное совершенно не приспособлено для того, чтобы жить в доме, стал вообще практически апатичным. Впрочем Варон всегда заходил в комнату Айсен, и долго сидел на комоде, смотря на нее своими маленькими темными глазками, а потом спрыгивая на пол, уходил обратно к себе в клетку.
— Он тебя очень любит, жалеет, что ты не такая, как я, — продолжала Вета.
Она вынула какой-то флакончик из-под из недр шкафа. Было видно, что Айсен не открывал его очень долгое время.
— Мой подарок на наш юбилей, нам тогда год исполнился. С той поры ты, наверное, даже не вынимала его.
— Да я просто..
— Да не оправдывайся.
— Ладно, я понимаю, что у нас разные интересы, сестра. — Вета поцеловала ее в лоб и тепло обняла. В такие моменты Айсеон очень радовалась тому, что у нее
есть сестра, хоть и не очень на нее похожая, но все-таки родная.
Вета несколько раз пшикнула на Айсен из флакона, и той действительно стало лучше.
— Универсальное средство. Мать говорила, что его оставила хозяйка Айрен. Если его на кожу распылить, то палец или даже рука может вырасти, но поскольку достать его сейчас практически нереально, мы его с бабушкой развели и разлили по флакончикам. Ты своим практически не пользуешься, а мы уже четвертый извели.
Айсен вздохнула, девушка помнила истории о хозяйках, ей они почему-то очень не нравились. Вздорная эльфийка, почему-то темная, что значит «темная»? Айсен никогда не могла понять. Вторая какая-то птичница, летающая в нескольких сантиметрах над землей, антигравитатор что ли использовала, она
потерла лицо рукой.
— В нашей семье нездоровый культ фей, тебе не кажется? Может быть у нас лулусские корни?
— У нас фейские корни. — Улыбнулась Вета, Айсен ткнула ее пальцем.
— Некоторые корни надо выкапывать, тебе не кажется?
— Ладно-ладно.