— Вот понимаешь, зачем мне теперь нужен… Ой, — Света тут же уселась, действие луча прошло, тагаи снова пришли в себя, официантка продолжила движение, совершенно забыв о том, что еще недавно с ней совершали какие-то действия. — Понимаешь, вот этот вот здоровый прибор лежит здесь, я понимаешь, как какая-нибудь сварщица здесь или,
в общем, неважно, хочу какой-нибудь компактный. Закажу его на черном рынке.
— На черном? — Лиза огляделась, она получила такую привычку оглядываться, наверное, от своей хозяйки, когда Айрен думала, что к ней явится апостол. Лиза боялась того же самого, однако поняла, что никто не станет их слушать.
Естественно, кто же станет их слушать, если они сами являются специальными агентами, правда, различных рангов. Лиза очень часто забывала, что занимает так-то довольно высокую должность, ответственную, однако сопряженную с огромными привилегиями. Прослушка с ее дома, например, шла полностью в служебный штаб анунака, слушать ее могла ее собственную мать, тот странный мускулистый ангелоид, который ей прислуживал, да сам повелитель. Каким образом он прослушивает несколько тысяч подконтрольных ему змей одновременно, Лиза могла только гадать. Однако сейчас она поняла полностью, что иногда и она может позволить себе ляпнуть что-нибудь такое.
— Ты знаешь, меня до жути всегда бесил этот Конрад, — наконец, сказала Лиза, преодолевая свой страх всю жизнь. — Сначала моя мать вертелась вокруг него, потом он начал вращаться рядом. Правда, как в том мифе тагаев, что Луна вращается якобы вокруг Земли?
— Ну да, что-то такое большое, объемное, вечно занято в себе, вокруг чего-то крутится белобрысое, такое напыщенное, — изобразило Света, всплеснув руками, Конрада и Айрис.
— Вот-вот, то же самое. Иногда мне кажется, что этот Конрад хочет подмять под себя вообще всё, что существует. Своими талантами ангелоида он заставил нас с хозяйкой уважать себя. Я даже улыбался его мерзким слугам. Честно говоря,
меня всегда бесили ангелоиды, даже стандартные. А что уж говорить о нестандартных? Я, конечно, понимаю, что это исследование и всё такое. — Лиза сейчас говорила про Ариэль, на базе которой анунак решил создавать гибридов фей со змеями. — Но вот эта вот Хлоя липнет ко мне. Похоже,
она втюрилась у меня по уши.
— О, поздравляю, когда открытки присылать — засмеялась Света.
— Ты не ревнуешь, что ли? — как-то обиженно буркнула Лиза.
— Я ревную только к тем, в ком чувствую конкуренцию — ответила Света, демонстративно поиграв плечами. — Что тебе эта Хлоя? Хочешь я её побью? Глаз ей выбью, — вета сжала Лизе ладонь. Я это, её страсть как не люблю и вообще всех этих стриженых ангелоидов, знаешь, мне не по себе от них. Дело тут не в том, что бесы с ангелоидами якобы враждуют. Между серыми и белыми тварями больше родства, чем, например, между мной и тобой. Однако, тут дел в другом. У неё что-то там в башке такое, знаешь..
— Прекрасно знаю. У тебя то уровня допуска нет, — сказала Лиза и продолжила выдавать секретную информацию. — У неё полностью свободное сознание.
— Это как? — удивила Света, высоко подняв рассеченную пополам то ли шрамом, то ли бритвой парикмахера бровь.
— Ну, не контролирует её никто. Да, она, конечно, попадает под действие волшебства того же Конрада, но действует сама по себе.
— Это вроде тебя, что ли?
— Ну, нет, я иногда подчиняюсь каким-то сигналам, а эти, понимаешь, вообще ничему не подчиняются. Захочет она выстрелить в спину, например, Конраду, возьмёт да выстрелит.
— Обалдеть! — Света замерла, занеся пирожное на полпути к рту. Да и так просидела. Около секунды. — А что такое есть? Я думала, этим грешат только рептилии. Знаешь, вроде тех, которых мы в Лулусе отстреливали.
— Ну, рептилии такие по определению, об этом все знают,
но любому из нас можно такой модуль установить. Конрад всем своим слугам такие вешает, даже тем, кого в расход пускает.
— Что и у коня того дурацкого есть, У Макаревича?
— Слушай, что у Макаревича только нет. Он же ветеран огромного количества битв.
— Я думала, он боится сражаться. «Ну, я боюсь сражаться». — Пародировала Света голос Макаревича.
— Боится-то, боится. На самом деле он стоит двоих таких,
как я или ты. Я читала его послужной список. Боже мой, страшный, страшный зверь.
— Ну, то, что он зверь это совершенно очевидно, — сказала Света. — С такой-то огромной задницей.