До Пасифики, кажется, дошло – о чём он говорит, и почему перед ними явно не они (хотя в этом месте возможно всякое), ибо тогда они вылезли бы из книги. И там телефонных будок тысячелетней давности не было. Вот такая вот промашка. Так что, не сговариваясь, они подозрительно уставились на «агентов», всем своим видом показывая, что они им не верят.
- Слушай, а может просто им всё рассказать?
- А, ну да, конечно! Я-то думал – почему они здесь. Вот именно из-за них мы и здесь. Я – Мастер.
- Мастер? – изумилась Пасифика, – Что?
- Ну да, – закатил глаза его спутница, – он – Мастер, всё время все так говорят.
- Но он не может быть Мастером, – попытался парировать Гидеон, – разве что у него родители были большими оригиналами.
- Нет, это вы можете быть мастерами, – ну не знаю, на все руки или по влипанию в неприятности (О, точно!), – однако я Мастер*.
Так… Дайте мне пистолет, я утоплюсь. Поправочка – водяной пистолет. Вся прошедшая словесная перепалка настолько сбила их с толку, что для окончательного непонимания всего творящегося вокруг хватило повседневно-спокойного выражения лиц собеседников. Агх… эти неопределённые артикли!
- Слушайте, так вы пойдёте с нами? – оживлённо спросила девушка.
- Эм… а зачем? Нет, правда, мы опять вляпаемся в какую-то неприятность, которая будет угрожать нас убить.
Пасифика тут же согласилась с его словами, грустно вздохнув, а Сьюзен оценивающе на них посмотрела и сказала:
- Да? Не знаю, что это за место, но вы явно не раз влезаете в неприятности. И судя по всему – по своей воле, иначе уже давно бы сбежали отсюда. Так что – пойдёте или будете потом жалеть о том, что не узнали – кто мы и откуда? Да и зачем я вас спрашиваю, – она по-бунтарски вздёрнула плечами, – вы же всё равно пойдёте.
- Подождите, а вы точно не какая-то иллюзия или галлюцинация?
- Да даже если так, разве мой ответ чем-то помог?
И тут же скрылась внутри телефонной будки, вслед за Мастером. Хм… а может он – просто фанат русских постмодернистов и поэтому взял себе такое прозвище*? Гидеон грустно взглянул на буквально светившуюся от радости и любопытства Пасифику и всё-таки, для порядка тяжело вдохнув и обрушив возвышенные проклятия на судьбу, отправился вперёд.
А вот то, что он увидел внутри, заставило уронить челюсть на пол. С громким. Стуком. И он ни капли не собирался её поднимать. Вошедшая вслед за этим Пасифика проделала то же самое. А всё дело было в том, что они вошли не в телефонную будку. Вернее, в неё, но вот внутри была не она, а какое-то помещение, выделанное в стиле фантастики шестидесятых.
Посреди круглого зала стояла огромная колонна с множеством пультов и консолей, и вверх и вниз уходили небольшие лесенки, к различным дверям. Такое чувство, что это какой-то «Флэш Гордон». Ну хорошо хоть Акиру Куросаву не завезли*. И ладно бы только это, кто знает – какие гики встречаются, однако оно было внутри больше.
Впрочем, собрав в себе все силы, Гидеон заставил себя поднять челюсть с пола и водрузить на законное место, а затем ткнуть Пас, чтобы она проделала то же самое. Тем более, что Мастер тут же развернулся в их сторону, рыская глазами сумасшедшего, однако, видимо не увидев чего-то, сразу же принял такое выражение лица, что парню захотелось убраться отсюда.
- Эм… а разве вы не должны сейчас удивляться – почему это место внутри больше чем снаружи?
Посмотрев на Пасифику, Гидеон тут же одарил её взглядом, который мог означать только «прояви инициативу», что она тут же и сделала.
- Ну… не знаю, думаю, что это и так слишком многие говорили.
Сьюзен и Мастер удивлённо уставились на них, словно анализируя столь нетипичный ответ. Что? Привыкли к удивлённой реакции? Ну это достаточно странно, однако готов поспорить, что это можно объяснить. Например – пузырь Алькюберре. Ладно, телекинез всё-таки ещё страннее этого, мне так и не удалось объяснить.
- Сьюзен, мне нравятся эти дети! Тем, кто хорошо знаком с пятым измерением, ничего не стоит раздвинуть помещение до желательных пределов. Скажу вам более, уважаемые господа, до галифреец не знает каких пределов! Ох… как же надоели эти идиоты, от одного появления которых IQ падает до средней температуры в помещении. Особенно, когда я бываю в Арктике. Ну хотя бы теперь получше... Так, ладно, теперь попробуем ещё раз… – хотел он сказать что-то, как его прервала Пасифика.
- Стоп, а где это мы? Это что машина времени?
- Нет, это не машина времени, и да, это она. Вернее, это парахромный проектор, черпающий энергию из лей-линий... Нет, в ближайшие три века в вашем языке не будет слов, которые объяснили бы это, так что, да, это машина времени.
Он подошёл к увитой множеством разнообразных проводов и рычажков центральной консоли и начал сдвигать то один, то другой рычаг, настраивая что-то.
- Вот и прекрасно, следующая остановка – Лондон, 1889!
Мы совершенно точно влипли…
Пасифика осторожно шла по ничем не освящённым и туманным улицам Лондона, уже сокрытым туманами. Нда… Я впервые в жизни выбралась за пределы родного штата – в викторианский Лондон. Почему нельзя было выбрать что-то поближе? Ну или хотя бы в своём времени? Однако на улицах вокруг не было никого – и не удивительно. Людей пугала даже не сама ночь, а то, что творилось на ней последней год.
Да и всё равно бы никто с ней не заговорил – цветастый наряд явно не располагал к доверию. Ну да, до такой эпохи, когда появятся подобная одежда, ждать минимум девяносто лет, так что – ничего удивительного. Однако всё равно, несмотря на голос рассудка, Пасифика была просто взвинчена до максимально возможного предела. Каждый мускул ее тела был напряжён, и она с трудом удерживалась от того, чтобы начать судорожно оборачиваться. Нет, я должна быть спокойна, спокойна… Нет, если я найду автора этой идеи, ему точно не поздоровится.
Однако только следует ожидать чего-то худшего, как оно тут же произойдёт. Точно так же из переулка беззвучно вышел, почти что выплыл, высокий человек. В темноте было сложно увидеть лицо, однако явно было видно, что он был одет во что-то вроде клетчатого пальто, а на голове были шарф и цилиндр. Пас судорожно и осторожно обернулась в его сторону, готовясь в случае чего дать дёру, и выжидая… да чего угодно, что могло бы её напугать.
И этим шагом стало движение за пазуху, откуда он вытащил что-то продолговатое и цилиндрическое. Опять же, весьма и весьма темно, а это явно не благоустроенные районы с фонарями. Так что, сдавленно вскрикнув, она бросилась бежать. Мощёная мостовая не слишком-то располагала к бегу по ней, однако на ней были не какие-то туфли на каблуках, а кеды, так что она хотя бы не спотыкалась при каждом шаге. А фигура за ней, молча, без попыток окликнуть её, просто плавно последовала за ней. Плавно, постепенно, неостановимо, словно ледник.
Одна неосвещённая улочка сменялась другой, однако она так и не могла оторваться пока, наконец, не зайдя на одну из них, упёрлась в закрытые на висячий замок железные ворота. Здравый рассудок тускло напомнил, что она могла бы попытаться перелезть через них, однако довод здравого смысла был тут же проигнорирован в пользу паники.
- Помогите! Кто-нибудь, помогите! – попыталась она закричать сквозь решётку ворот, однако никакого признака чьей-либо реакции не было.
Зато её преследователь наконец-то вновь показался в поле видимости, выплыв из-за поворота. Лёгкий щелчок показал, что он достал бритву. Ту самую бритву. От этого звука она начала только активнее биться в решётку, словно ещё надеясь как-то выбраться отсюда, сломать её. Однако он только подошёл ещё ближе и, как только приблизился на несколько метров, ей в спину начал бить желтоватый свет.
Осторожно сглотнув, она повернулась и сразу же оцепенела. Бьющий в лицо свет не давал не только разглядеть его, но и вообще хоть как-то пошевелиться. Она одеревенела. Абсолютно. Однако преследователь осторожно осмотрел её, а затем проговорил альтом:
- Да кто ты, чёрт побери, такая? В таком-то наряде…
Она не имела возможности что-либо сказать, хотя очень хотела. О да, ей было что сказать в этот момент, если бы она могла это сделать. Чёрт, да где же все остальные, где они? И снова, только кого-то помянешь, как он появляется, ясно давая знать о своём присутствии.