— Ой, только не говори, что ты оставишь своего лучшего друга и, что уж темнить, единственного человека, который тебя терпит, в беде? — ехидно ответил ему Кай.
Послышался ещё один мученический вдох и, следом, неясное бормотание. По усмешке Кая стало ясно, что бормотание явно нецензурного характера.
“Что-ж, хватит мне строить из себя спящую принцессу! Тут судьба моя решается, пора бы уже и поучаствовать!” — подумала Лёля и открыла глаза.
Эта попытка оказалась более удачной, чем предыдущая, мутить почти перестало, и Лёля решительно приподнялась на локтях и осмотрелась.
Она обнаружила себя полулежащей на внушительных габаритов и помпезности диване с зелёной обивкой, с Лилит, свернувшейся калачиком на её животе. Напротив стоял вычурный журнальный столик, за ним — два кресла, видимо, составляющие комплект с диваном. Высокие потолки, высокие же окна, добротный стол, стоящий вблизи окна, стеллажи для книг почти под потолок: обстановка, как ей показалось, кабинета, было отнюдь не бедной, что навевало на определённые умозаключения. И яркое солнце, вкупе с аккомпанементом птиц, лишь подтвердили её мрачные мысли.
Неужели она действительно перенеслась в другой мир?!
Пока она внимательно разглядывала комнату, в которой находилась, двое мужчин, обнаружив её пробуждение, замерли и напряженно следили за ней. Она уверенно встретила сначала взгляд, предположительно, Вальта — высокого смуглого блондина, с серыми глазами и волосами по пояс. “Вот это грива! Мне б такую!” — пронеслась в голове у девушки мысль не к месту. Посмотрев же чуть вправо, она столкнулась с чёрными глазами своего старого знакомого, отвечая на его спокойный взгляд своим, метающим молнии.
— Ва-а-нечька, доброе утро! — голос был сиплый, но достаточно крепкий и, что самое главное, отчётливо передавал весь яд, который она вложила в фразу. Усмехнувшись, продолжила: — Это были незабываемые ночь и утро, но давай ты больше не будешь мне попадаться на глаза?!
Слева раздался весёлый смешок блондина, на который Кай-Ваня ответил укорительным взглядом. И, снова вернув своё внимание девушке, ответил:
— Ты можешь говорить на нашем языке? И всё понимаешь? — девушка неуверенно, но утвердительно кивнула, видимо сама только-что поняв, что говорит отнюдь не на родном русском. — И ты всё слышала, верно? — снова кивок, и на этот раз достаточно агрессивный. — Что ж, тогда нам даже повторяться не придётся! — кивнул своим мыслям Кай и сложил руки на груди, нахмурившись. — Нам надо придумать, как замаскировать тебя на пару месяцев, чтобы никто не распознал в тебе иномирянку и…
— Серьёзно?! Это первое, что ты мне хочешь сказать?! Это самое важное на данный момент, по твоему мнению?! — задыхаясь от возмущения, спросила у него Лёля.
Вздох со стороны Кая и тон, будто он разжевывал элементарную истину младенцу, разозлил её ещё больше:
— Да, поверь, это самое важное на данный момент! Если мы не придумаем что-нибудь стоящее, тебя ждут пытки и опыты научного центра, меня — не уверен, но тоже ничего хорошего. Так что же ещё ты от меня ждёшь?
— О, как насчёт начать с объяснения, где я нахожусь, чёрт побери?! — притворно задумалась: — Нет, давай всё-таки с твоих извинений за то, что затащил меня непонятно куда! Жду не дождусь! — иронично ответила она. Сняв Лилит с себя и переложив на диван, покачиваясь, встала и подошла к нему ближе. — Вот пройдёмся по этим двум пунктам: и смело можно думать о том, как дальше-то быть!
Взгляд Кая становился всё более и более яростным по мере того, как она высказывала свои претензии.
— Вот, Вальт! Это ответ на твой частый вопрос, почему у меня нет женщины! Абсолютно нелогичные существа, но с упрямостью, как у гарральтов! (Животные, схожие с земными баранами и по внешнему виду, и по поведению, и по поговоркам, с этим связанными — прим. автора)
Лёля, хоть и не поняла толком, с кем именно её сейчас сравнили, общую мысль уловила, насупилась и, сжав руки в кулаки, с как можно более грозным видом начала наступать на обнаглевшего брюнета.
— Вы ещё подеритесь! — пришло им в ответ от Вальта, до этого момента тихо стоявшего в стороне, а теперь вставшего между ними и иронично поднявшего бровь. — Вы, леди, не переживайте, скоро привыкнете к тому, какой он может быть неблагодарной сволочью, вот увидите! — похлопал её по плечу Вальт, утешая. Однако, заметив яростный взгляд девушки, направленный на собственное плечо, усмехнулся и убрал руку от греха подальше.