Минич и профессор, делая вид, что они прогуливаются, не спеша прошли вдоль берега тихой реки к покрытой мхом беседке из белого кирпича.
— А вон и дуб, — Алесь показал на огромное старое дерево.
Под ним у самой воды была вкопана скамейка, и на ней сидел, читая газету, человек в темной рубашке и кепке.
— Вижу, — сказал Чеслав Дайнович. — Сейчас будем объяснять наше исчезновение…
Когда они, идя по тропинке, поравнялись со скамейкой, человек отложил газету и негромко произнес:
— Хорошая погода…
— Это ваш пароль, пан Янкович? — усмехнулся журналист, присаживаясь рядом.
Профессор остался стоять, посматривая по сторонам. Вокруг не было ни души, только вдали по речке плавала одинокая лодка, а еще дальше удили рыбу мальчишки из деревни.
— Вы склонны сегодня к шуткам, пан Минич? — строго посмотрел на него офицер Дефензивы. — Веселого, на мой взгляд, мало…
— А что пишут в газетах? — поинтересовался Дайнович. — Нашли пропавший грузовик с надписью «Фургон 99»?
— Нашли… — Янкович снял кепку и потер ладонью затылок. — Толку, правда, никакого… Машину вывезли за город и сожгли в лесу. От тел избавились где-то по дороге. Там недалеко крематорий. Может быть, трупы кремировали. В любом случае, как говорится, концы в воду, и полиция этим делом не занимается…
— А люди бесследно исчезли… — профессор поднял голову и, прикрыв ладонью глаза от солнца, стал разглядывать крону многовекового дуба. — В самом деле: нет человека — нет проблем…
— Вот именно, — с недовольством в голосе сказал Янкович. — А теперь поведайте мне, почему вы исчезли из ресторана и что вообще с вами стряслось. И что вы тут делаете?
— Дело было так, — начал рассказывать Минич. — Я получил записку от певицы с просьбой подняться в ее комнату.
— Кстати, где Эльвира Роуз?
— Понятия не имею, — пожал плечами журналист. — А она тоже пропала?
— Ее ищет «Черная лента». Ладно, что певица хотела от вас?
— Возможно, это была ловушка. Потому что когда я поднялся по лестнице на второй этаж, то в коридоре на меня напали. Кто-то бросил в меня нож, и я упал, прощаясь с жизнью. Но меня спас мой ангел-хранитель… Вот смотрите…
Алесь показал свой блокнот, пробитый лезвием ножа почти насквозь. А затем достал сам нож, завернутый в газету.
— Я старался его не особо трогать, на нем, возможно, остались отпечатки пальцев напавшего…
— Занятно, занятно… — офицер контрразведки повертел блокнот, потом развернул сверток и взглянул на нож. — Ножичек иностранный… Специально для метания. Я его забираю, попробуем найти отпечатки. А где же след от ножа на вашем пиджаке?
— Он тут. Я его закрываю уголком носового платка, — Минич отогнул край белого платка, видневшийся из нагрудного кармана, и показал разрез в ткани.
— Занятно, занятно… — снова задумчиво сказал офицер. — Удар точно в сердце. Над кармашком… Это профессионал. С какого расстояния он бросал нож?
— Шагов с десяти… Он стоял напротив света, поэтому ни лица, ни одежды я рассмотреть не смог. К тому же все произошло так внезапно, что я не успел и опомниться…
— Ну что же, вас, пан журналист, спас ваш журналистский блокнот, — Янкович вернул его Алесю. — Считайте, что вы в рубашке родились. Но кто же хотел вас убить?..
— Понятия не имею, — снова пожал плечами Минич. — Может, это опять «Черная лента»?
— Странное место для убийства… — размышляя вслух, Янкович закурил папиросу. — Убивать кого-то у порога гримерной, принадлежащей своему агенту, — это привлекать к себе внимание.
— Они могли затащить труп в гримерную, быстро уложить в какой-нибудь сундук для реквизита и увезти куда угодно, не привлекая внимания, — Чеслав Дайнович сунул руки в карманы брюк и медленно прохаживался перед скамейкой, разглядывая дуб. — Логично?
— Может быть, может быть… А может и не быть, — сощурился, выдыхая дым, офицер контрразведки. — Знаете, этот ваш профессиональный убийца меня очень сильно заинтересовал. Очень сильно. Ну да ладно, запишем это пока в число загадок. А что было дальше?
— Да ничего… — потер нос Алесь. — Поняв, что меня едва не убили, я не стал искушать судьбу и покинул ресторан через черный ход. Мы договорились встретиться с профессором за Музеем восковых фигур. Туда я и направился, где потом мы и встретились…
— Ладно, а что было с вами, пан профессор?