Вот точно такую безысходность он ощущал сейчас. С той разницей, что прыгать было некуда, да и случайных прохожих тут не встретить.
Алесь собрался было вернуться к запасам мертвого князя, чтобы найти там бутылку спирта и потом пойти пьяным рубить крыс палашом — ибо иных планов времяпровождения у него не осталось. Но внезапно где-то далеко, на самом верху шахты, что-то мелькнуло. Какой-то отблеск. Или показалось?
— Не может быть… — прошептал он.
Нет, это не привиделось. Сверху на него светил луч фонаря. Он в ответ помахал своим фонариком.
— Вы там, Алесь? — услышал он глухой и слабый из-за расстояния голос профессора Дайновича. — Если с вами все в порядке и у вас есть достаточно сил, включите и выключите свой фонарик.
Журналист так и сделал.
— Тогда подождите немного! Я сброшу вам веревочную лестницу.
Все это произошло так неожиданно, что в голове Алеся от потрясения опять застучало и помутнело, и он, попятившись, осел на чей-то захрустевший череп. Он не мог поверить, что пришло его спасение…
Вторую половину пути в шахте Минич едва смог одолеть. Ладони онемели и стерлись в кровь о веревки, ноги упрямо не хотели нащупывать опору на болтающейся туда и сюда веревочной лестнице, и каждую минуту казалось, что он вот-вот сорвется в бездну. Он совершенно выбился из сил и задыхался в поту, а сердце, казалось, прямо сейчас разорвется. Как по таким дурацким лестницам умудряются резво карабкаться циркачи — уму непостижимо…
Алесь уже почти ничего не соображал, когда профессор вытащил его за плечи из проема шахты и затем из кладовой с раскрытым в шахту полом. Без всяких сил журналист упал спиной на пол комнаты и, закрыв глаза, прошептал:
— Вы мой случайный прохожий…
— О чем вы? — не понял Дайнович, его голос был полон тревоги и сочувствия. — Вы не бредите, мой друг?
Выглядел Алесь действительно страшно. Лицо в крови, поту и грязи, нос и губы разбиты, волосы красные от крови и кирпичной пыли, окровавленные ладони, а одежда разодрана в клочья и в кровавых пятнах. Некогда черный пиджак стал одним цветом с некогда белой сорочкой — серо-кровавого цвета.
— Тру-ля-ля и Матерь Божья! — ужаснулся профессор, оглядывая друга. — На вас живого места нет! В каком аду вы побывали?
— Лучше скажите, как вы меня нашли… — взял его за руку журналист. — Для меня это чудо…
Чеслав Дайнович достал свой носовой платок, и, вытирая лицо Алеся, стал рассказывать:
— Никакого чуда. Я проснулся и узнал, что вы исчезли. Потом мне сказали, что рано утром немцы все бросили и спешно уехали в Вильно. Их отъезд видели несколько свидетелей, вас среди уехавших не заметили. Вполне понятно, что мы стали вас искать. До обеда осмотрели все окрестности и все закутки замка — ноль следов. И тогда я подумал, что вы нашли ход в подземелье — так как именно это могло объяснить внезапный отъезд наших германских, так сказать, друзей. К счастью, я до этого уже почти решил загадку…
Он отбросил ставший грязным платок и спросил:
— Как вы себя чувствуете? Может, отвезти вас в больницу?
— Нет, не надо… — Алесь собрал силы и сел, опираясь на его руку. — Вроде бы ничего не сломано, только ушибы и ссадины… Хотя кажется, словно побывал в мясорубке. Но рассказывайте дальше…
— А дальше все просто, — помог ему подняться на ноги профессор, и они медленно пошли через пустые коридоры в сторону лестницы, ведущей на первый этаж. — Исследуя документы в местном архиве, я обратил внимание, что среди исчезнувших обитателей замка числятся в основном дети. Как и почему они исчезли? Часто дети играют в прятки. Я предположил, что тут находится некое небольшое помещение, которое подходит для этой детской игры и ведет в подземелье. А ответ, вот тру-ля-ля, сам того не зная, дал мне директор гостиницы Доминик Верас. Он поведал, что недавно у них исчез новый и дорогой пылесос. За это едва не уволили горничную, которая божилась, что поставила его в шкаф, откуда он бесследно испарился. Я осмотрел этот шкаф — и нашел в нем хитроумное устройство, которое при нажатии на боковую панель открывает заслонку, удерживающую дно. А под ним — глубокая шахта. Мне потребовался еще час, чтобы у местных пожарных одолжить веревочную лестницу, которую они используют в своих тренировках. Вот, собственно, и все…
И он, сгорая от любопытства, посмотрел на Алеся, прищурив глаза:
— Ну, так что же там, в этой шахте?
Журналист, с трудом передвигая ноги, пожал плечами и, закашлявшись, проговорил:
— В этой шахте лежит этот упавший пылесос…