— Чёрт, Лео, — не выдержал пират, — при чём здесь анунаки?! Никто даже не знает, существуют ли они до сих пор! Возможно, от них не осталось и следа. Кто в последний раз встречался с ними?
Лео нахмурился. Слова Джокера его задели за живое. Он ещё некоторое время посомневался, потом выдал:
— Они не только живы, но продолжают влиять на происходящие вокруг них события, в том числе и здесь, в Вольном братстве и в Федерации. Они управляют нами! Я знаю, что говорю. Я слышал их голоса.
Исполнитель смотрел на учёного, как на сумасшедшего. Поверить в то, что тот только что сказал, он никак не мог. Для него анунаки оставались чем-то, что давно уже кануло в Лету. Нибиру не проявляет никаких признаков жизни…разумной жизни. Все уже привыкли считать, что закрытая планета погибла и анунаки теперь стали чем-то вроде динозавров. Они были, но их больше нет.
— Лео, очнись, — воскликнул пират, — послушай сам, что ты говоришь! Они управляют нами? Мы — всего лишь марионетки? Да о них уже давным-давно никто ничего не слышал.
Лео вновь ушёл в себя. Он не собирался обижаться на своего друга за то, что тот ему не верит. Он и сам бы не поверил в такое, но истина порой бывает невероятнее самого смелого вымысла. И он, Леон Карраччи, знал, что говорил.
— Я их слышал, Джок. Когда я стал заниматься этим делом, то мне в руки попал хрустальный череп. Нет, не тот, что мне нужен, другой — саркофаг, в котором покоится душа одного из них. Сам не помню, как это получилось, но однажды он заговорил со мной…
— Эпы не разговаривают, они лишены разума, — упрямо возразил Исполнитель. — А в тех черепах, о которых ты говоришь, покоятся именно эпы.
— О, нет, — рассмеялся Лео, — ты не прав! Это на свободе они эпы, а в саркофагах, они всё помнят и всё знают. Они хранят память своего народа, а иначе, зачем анунакам нужна такая сложная процедура похорон? Он рассказал мне, что они управляют нами, но не так, как ты подумал. Никто не принуждает нас поступать так или иначе, мы не марионетки, но… Они изучают нас, просчитывают каждый шаг и создают те условия, при которых мы вынуждены поступать так, как им необходимо. Я думаю, что и моя болезнь, и то, что произошло потом, всё, вплоть до покупки тобой Маргариты Вершининой на невольничьем рынке, всё это было ими рассчитано и спровоцировано. Они всё учли. Единственное, чего я не знаю — это их конечной цели.
— Бред! — Воскликнул Джокер. — Всё это бред! Лео, ты меня извини, но мне кажется, что ты сошёл с ума и уже давно. Просто я раньше этого не замечал.
Учёный ничего не ответил, он лишь снисходительно улыбнулся и в этой улыбке Джокер увидел, как ни странно, сочувствие. Не страх за свою жизнь, не желание выйти сухим из воды, а жалость к нему, Исполнителю, от которого теперь зависела его жизнь.
— Все мы, Джок, всего лишь биороботы, которых можно запрограммировать на что угодно да так, что мы сами этого не заметим. Вот такая грустная правда. Но тогда всего этого я ещё не знал. Мне нужен был этот череп, чтобы попасть на Нибиру и я убил родителей Риты. Это было не сложно, ты же знаешь, что я в совершенстве владею гипнозом. И механики, и техники Алекса делали то, что я от них требовал. Большого ума не надо, чтобы вывести из строя защитное поле и повредить обшивку корабля. Всё это сделали для меня другие люди. Сделали и потом даже не догадывались ни о чём. Но на корабле Алекса черепа не было, — Лео вздохнул. — Какая нелепая смерть! А ведь он знал, что это такое и собирался проверить, как он действует непосредственно на Нибиру. Череп должен был быть там, но, видимо, младший Вершинин в последний момент передумал. А дальше ты знаешь, что было. Экспертов я тоже заставил писать то, что мне было нужно, но я понимал, что дело серьёзное и, рано или поздно, всё всплывёт. Но и это не самое страшное, я бы выкрутился, но, когда за меня взялась федеральная санитарно-эпидемиологическая служба, я понял, что пора уносить ноги. Ты же знаешь, что эта структура имеет неограниченные полномочия. Президент по сравнению с ней — безродный и бесправный щенок. ФСЭС — это неограниченная власть в Федерации. Свои права они выгрызли после эпидемии двухсотлетней давности. Тогда пришлось стереть с лица Земли целый мегаполис, город с населением семь миллионов человек был сожжён дотла. Тебе известна эта печальная история?
— Известна, но смутно. А что там было? — Спросил Джокер заинтересованно. — Я знаю, что там была какая-то жуткая эпидемия, погасить которую никак не удавалось.