Даша вздрогнула. Вцепилась пальцами в синтетическую куртку.
– Что? Меня уволили?
– С чего бы? Нет, но… Ты в чью скалу-то на семьдесят четвёртый этаж попёрлась?
– Князя Шаховско́го, – холодея, призналась Даша.
– А кто это такой знаешь? По глазам вижу – нет. Эх, Дашка. Не следишь за новостями. Шаховской – троюродный брат самого. Да и чёрт бы с ним, но… Три недели назад назначен он Личным указом генерал-полковником Опричных войск Его Величества. Смекаешь? Нет?
Ох ты ж… чёрт. Опричник? Да ещё и… верховный.
– Запрос о тебе был. Из Псарни.
Так они иногда называли Опричнину. Даша моргнула. Затем ещё. Но слёзы остановить не смогла.
– Что за запрос? – спросила ломким голосом.
– Да вроде ничего такого. Данные. Полные данные, Даш. Не только анкету, понимаешь? Все дела, все приказы, все сведения. Сразу после того, как ты в госпитале оказалась.
– А этот… Шаховской… он на меня жаловался?
– Да вроде нет. Но ты же понимаешь: просто такие запросы не делаются. Давай я тебе такси вызову, и ты дома отлежишься? Ты ранена, пострадала, имеешь право поболеть. А дальше будет видно, что да как. Да и Палыч своих вот так запросто в обиду не даст. Или, хочешь, возьми мою «тайгу». Только автопилот включи, тебе за штурвал сейчас нельзя. И не кипишуй. Разберёмся, Даш. Без тебя разберёмся.
ПРИМЕЧАНИЯ
Военмед – Военно-Медицинская Академия, находится неподалёку от Финляндского вокзала, на Выборгской стороне города. Для простоты восприятия автор сохраняет ныне принятое сокращение
Нижегородская улица – у нас ул. Академика Лебедева
Симбирская улица – у нас ул. Комсомола
Глава V
Тайга это вам не илька. Даже Даша, равнодушная к последнему слову техники, оценила преимущества классической модели десятого года: просторный салон, без неприятных запахов, ход плавный настолько, что вообще не замечаешь, в какой момент стрелка быстромера перескочила за двести. Да и лететь на высоте третьего этажа, честно признаться, приятнее, чем в метре от земли. Девушка уже почти расслабилась, когда вдруг интуиция ударила по нервам, как в гонг. Что-то не так…
Улицы запружены аэрокарами, и Лёха прав: при таком интенсивном многоуровневом потоке стоит передать бразды правления нейросети. Вот, например, сейчас Даша едва не врезалась в аэрокар, решивший перестроиться из верхнего ряда в нижний и забывший при этом включить сигналку. Хорошо, заметила в нижнем зеркале. И, когда девушка протянула пальцы к тумблеру переключения на автопилот, ей словно кто-то шепнул в мозгу: «Эй, а за тобой – хвост».
Профессиональную слежку, тем более в таком потоке, отследить невозможно. Даже если наблюдать. Аэрокары внизу, вверху, по бокам, постоянно мельтешащие, перестраивающиеся. А уж аэросамокаты! Эти вечные нарушители всех правил, смертники воздушных дорог. Невозможно, даже если подозревать вероятность «хвоста». Но инстинкты не обманешь. Даша сглотнула. Она умела себе доверять. Это один из первых навыков, который появляется у выживших в противостоянии с бандами.
Террористы? Наркодельцы? Что, если кто-то из бобриковцев остался на свободе? Может, она что-то не учла, что-то пропустила мимо внимания? Вариант, что преследование связано с Шаховским, или с монстрюками из бара, Даша отмела сразу: для князя следователь жандармского корпуса – птица не того полёта. А монстрюки – птицы не того полёта для Даши. Можно было, конечно, предположить, что это кто-то из давно закрытых дел, но… нет, вряд ли. С чего бы мертвецам оживать? Романтичная месть – не профиль бандитов.
Даша перестроилась в третий снизу правый ряд, чтобы повернуть на Большой проспект. Нет уж, домой хвост девушка не потащит. Разберёмся по дороге.
И едва не врезалась при повороте в очередного самокатчика. Да ты ж падла такая! И куда смотрят городовые? А… понятно куда. Камеры городовых окружили аварию на проспекте: пять аэрокаров, один из них – такси. Понятно, почему такие пробки. Даша нажала на клаксон пять раз подряд и с удовольствием заметила, как одна из летающих камер повернулась и полетела к её машине. Вложенная в городовых программа записывала не только беспорядки и нарушения, но фиксировала и таких вот нервных водителей, и, если фактов нервяка набиралось слишком много, это могло послужить причиной отъёма прав.
Камера подлетела совсем близко к тайге, и Даша секунду боролась с желанием приоткрыть стекло и ударить по городовому кулаком. Для надёжности. Но не хватало ещё, чтобы у Лёхи потом возникли проблемы с правами. Наверное, всё же такая агрессия была бы уж слишком недопустимой. Ну ничего. Дашу и так зафиксировали на видео, и, если она вдруг пропадёт (убьют, захватят в плен, обездвижат или что-то ещё) для коллег не станет очень уж сложно отследить маршрут исчезнувшего лейтенанта, а при перемотке записи наверняка будет заметен и преследователь.