– Ваш отказ сотрудничать. Революционер бы воспользовался, вероятно. Ведь можно было играть на две стороны. Я стал сомневаться. А потом Баев ответил, почему вы были в «Светоче» раньше завершения смены. Выхин передал вам планшет?
– Что?
– Я видел, что Баев сунул ему планшет. Выхин отдал его вам?
Даша сглотнула. Замерла, осознавая. Вскочила и заорала. Схватила стол и швырнула его об стену. Князь внимательно наблюдал за девушкой. Усмехнулся.
– Товарища выручай, говорите? – спросил хрипло и тяжело поднялся. Пошатнулся.
– Он был с Выхиным! Сегодня Толстой был с Выхиным! – Даша задыхалась от злобы. – Откуда они могли знать, что Сима выбросится из окна?
– Не могли. Значит?
– Выхин уехал за пятнадцать минут до вызова. Но уже после того, как Сима выкинулась из окна. Ему позвонили, значит… Был наблюдатель. Зачем, зачем им было нужно, чтобы я поехала сюда?!
– Ширма. Толстому нужно было увидеть мою квартиру. А, может, нужно было убедиться, что Сима мертва.
– А бросив кубик рядом со мной…
– Мы оба с вами повелись, как последние недоучки, Трубецкая. Сейчас мне нужна ваша помощь. Я не в состоянии вести кар. И не в состоянии летать сам. Нам нужен кубик. Выключите эмоции. Они лишние.
Глава XXIV
Даша помогла князю дойти до паркинга. Шаховской волочил левую ногу и взмахивал одним крылом. Жар и озноб его могучего тела ощущался даже сквозь «кольчугу» – тончайший из возможных бронежилет, по сути серебристую рубаху. Их уже ждала «поморочка» – боевой аэрокар, узкий, больше похожий на истребитель, чем на кар. «Увидев» хозяина, машина коротко свистнула и раскрыла двери. С горем пополам Даша помогла мужчине забраться на сидение рядом со штурманским.
– Вы не пристёгиваетесь, потому что сокол? В любой момент могут понадобиться крылья?
Не то, чтобы она ждала ответ…
– Да, – выдохнул Гал.
По его лицу градом катился пот.
– Как-то не очень быстро действует сыворотка, – хмуро заметила Трубецкая и запрыгнула на место штурмана.
– Действует. Но второй укол за день… Исцеляя рану, она отравляет организм. Справа рычаг. На себя. Вверх.
– И куда вас ранил капитан Баев? – полюбопытствовала девушка, вытягивая рычаг с прозрачным пластиковым шариком на конце.
Двери «поморочки» задраились, а панорамные окна – распахнулись. Аэрокар взмыл и уверенно вылетел из скалы.
– Бедренная артерия. Думаю, нам в ангар Паши…
– Две минуты, – заметила Даша, разворачивая машину и выжимая скорость на максимум. – Две минуты кровотечения и летальный исход. А вы ещё и Баева опросить успели.
– Жгут. Укол. Успел. Выхина – не успел: отключился. Жаль.
– Артём Тимофеевич отпросился сгонять за каперсами, которые обожает. Нарушение устава. Я не могла вам сдать товарища: честь отдела. Своих не сдают. А знаете… Влад должен был понять, зачем я вернулась. А, значит, предполагает, что вы живы. Они не в ангаре.
Князь покосился на спутницу. Кар летел над самым Финским заливом, и расшалившиеся стальные волны то и дело плескали в лобовое стекло. Даша инстинктивно держалась дальше от ломающегося купола.
– Знаю. Филарет спросил, – устало выдохнул Шаховской. – Возьмите чуть выше, встречная волна уменьшит скорость. И где, если не в ангаре?
– С ними Паша. Паша знает много. И о сыворотке. Думаю, знает или догадывается, где лаборатория сыворотки или хранилище. Должен же где-то храниться экстренный запас, верно? Вряд ли существует несколько мест для столь секретной лаборатории…
– Хранилище охраняется.
– Но сейчас вся Опричнина в небесах, разве нет? А, значит, вряд ли охраняется должным образом. И к тому же: Карачун. Вы сами сказали, что это те дни, когда Опричнина максимально слаба…
Шах прикрыл глаза на миг. На щеках его выступили желваки.
– Водонапорная башня в парке леших.
Даша развернула кар и погнала к Большой Невке. Лесной институт.
– Что за фотографии были на «Алатыри»? – сухо уточнила Даша.
– Я не знаю.
Трубецкая изумлённо обернулась.
– В смысле?
– Электронный носитель был повреждён.
– То есть, до прыжка Симы вы не удосужились его посмотреть? Было так плохо? Телесно или душевно? А что должно было там быть?
– Естественно, я нанял агента проследить за Птицыной.
– Естественно? Вы всегда следите за девушками, которым симпатизируете?
Он странно посмотрел на неё.
– Прежде чем лечь с женщиной в постель, я должен знать о ней всё.