Киммериец забрался по скрипучей лестнице на чердак и воззрился на увлеченного пуантенца вцепившегося в толстенный и весьма потрепанный фолиант.
— Что на конюшне? — не отрывая глаз от потрепанных страниц осведомился Риго.
— Да ничего, — Конан фыркнул. — Просто хотел узнать, чем ты занимаешься. Можно посмотреть?
Риго уже отлично знал, что десятник, а ныне сотник, «страшный киммерийский варвар», читает на пяти языках, а говорит минимум на одиннадцати, причем Конан даже сумел отчасти разучить наречие пиктов. Поэтому Риго подвинулся и выдал усевшемуся рядом киммерийцу внушительный том.
— «Магия древних, или изложение о тайнах волшебства исчезнувших народов», — Конан прочитал название вслух. — Орибазий Достопочтенный? Знаю я этого ученого мужа, самый большой знаток магии в Аквилонии… Про пиктов здесь написано?
— Угу, — буркнул Риго, недовольный тем, что его отвлекли. — Смотри…
Пуантенец прошептал заклинание.
— Крром! — варвар кубарем покатился по доскам настила, пытаясь ухватить меч за рукоять. В широкую отдушину под крышей дома сунулась башка огромного рогатого дракона и ящер выпустил струю пламени точно в лицо варвара.
Иллюзия была настолько реалистичной, что Конан искренне поверил в морок. Спустя одно мгновение киммериец очухался и заорал в голос: — Риго, я тебя придушу собственными руками! Убью! Как так можно людей пугать!
Бесплотный дракон шевельнул раздвоенным языком, снова дохнул холодным огнем и сгинул.
— Орибазий, оказывается, бывал в Пуще, — Риго ткнул пальцем в выведенные умелым переписчиком строки. — И уверяет, что пикты — великие мастера иллюзий. Приводит одно из заклинаний, которое, прости, я использовал сейчас…
— Ф-фу, — Конан рукавом вытер пот со лба. — Еще раз так сделаешь — точно придушу. И что дальше?
— Известно, что Орибазий Достопочтенный не только изучал магию, но и был известным бытописателем, — сказал Риго. — Ради дела ученый человек может пойти на любой риск и не остановится перед любыми преградами. Не знаю, как эта книга оказалась в лавке Велитриума, но пришлась она очень кстати! Приблизительно восемьдесят зим назад Орибазий, использовав свой магический дар и заклятье изменения личины отправился в Пущу. Больше того, он оттуда вернулся живым и невредимым, проведя в пиктских лесах около шести лун.
— Это невозможно, — уверенно сказал Конан. — Привирает Достопочтенный. Без знания наречия пиктов и их обычаев в Пуще не выжить. Кстати про обычаи: может Орибазий разделял с дикарями их каннибальские трапезы?
— Ничего смешного, — насупился Риго. — Орибазий отнюдь не был круглым дураком и готовился к этой экспедиции несколько зим. Заплатил боссонцам, они поймали четверых пиктов, привезли их в Тарантию… С помощью волшебства Орибазий сумел добиться расположения дикарей, много с ними разговаривал, расспрашивал о житье-бытье Пущи. К сожалению, узнать удалось не так много как может показаться: у пиктов в ходу огромное количество табу, запретных тем. Они и под пытками не станут говорить о некоторых своих богах или жреческих ритуалах.
— Запомни навсегда, — наставительно сказал киммериец, — под пыткой можно рассказать обо всем. Был бы палач грамотный. Уж поверь, этого я навидался вдоволь, и в Зингаре, и в Туране. Особенно в Туране… Тамошние палачи великие искусники и большие выдумщики.
— Мы говорим про Орибазия или про туранских палачей?
— Извини.
— Итак, Орибазий Достопочтенный отправился в Пущу… Заклятье личины не требует большой магической силы, однако поддерживать его постоянно — крайне сложно. Несколько раз Орибазий едва не попался, но обошлось. Иначе мы бы не читали его книгу. Некоторые колдуны пиктов живут отдельно от своих племен, совсем как ведьмы в Нордхейме, только асиры ведьм боятся, а пикты своих колдунов уважают. Орибазий решил некоторое время побыть таким вот колдуном — все-таки он владел искусством волшебства. К сожалению, он пишет только о народе пиктов: как живут, что едят, как охотятся и так далее. Составить хотя бы приблизительный план Пущи Орибазий не удосужился — называет два десятка деревень и указывает «от Лхиги до Хорпы два дня пешего хода по троне и четыре дня через болота».
— И зачем нужны такие ученые мужи? — расстроился Конан. — Кому какая польза от описаний пиктских трапез?
— Каннибализм пиктов по большей части — ритуальный, — сказал Риго. — Он связан с довольно странным культом. Если ты не знаешь, богов у пиктов великое множество. Начиная с древнейшего Джебал Сага, из рода зверобогов, и заканчивая Гуллахом, гигантской обезьяной…