Между тем дышать становилось всё труднее, и жар возрастал с каждым шагом, будто путники приближались к огромному костру. Но гарью не пахло, и огня Кесса нигде не видела. Отряд Нкири, достигший уже полусотни воинов, расступился, впереди зашелестели и застучали многослойные дверцы, и горячим ветром повеяло из них. Фрисс и Кесса вышли на узкую террасу – небольшой уступ, слегка приподнятый над полом огромного зала с бугристыми стенами. Везде – внизу, по бокам, на сводах – что-то копошилось, жужжало, звенело крыльями, а на дне, вровень с террасой, вытянулся во всю длину огромный раздутый червяк. Его бока тяжёло вздымались, ни крыльев, ни лап не было – только изогнутые зубцы на крючьях-челюстях и две пары горящих глаз. Они словно были составлены из тысячи крохотных зеркал, и каждое отражало свет, усиливая его стократно. Кесса на миг взглянула в полыхающие глаза – и тут же зажмурилась от боли.
- Тш-ш, - Фрисс, к которому она незаметно прижалась спиной, привлёк её к себе. – Это их царица, слушай её.
«Чёрные Речники… Фриссгейн… и Кесса…» - размеренно загудело внутри головы странницы, и она болезненно сощурилась – казалось, в уши льётся горячая смола. «Добро пожаловать… под наши своды… Кажется, мой голос… непривычен тебе?»
«Ох ты, Река моя Праматерь!» - только и подумала Кесса, изумлённо мигая. Речник Фрисс слегка поклонился, на его лице не было и следа испуга, и странница тихо вздохнула. «Когда-нибудь я смогу держаться так же… Ох! А если царица слышит, что я думаю?!»
Нкири поставили перед ними странные обломки – то ли куски стен, то ли выдранные из ниш большие ящики, и Фрисс сел на один из них, по-прежнему глядя на Айзилинн. Его губы едва заметно шевелились в такт мыслям. Кесса села рядом. Гул внутри черепа дрожал, усиливаясь и ослабевая, изредка складывался в слова, но чаще больно давил на уши.
«Прибрежные племена… дикари, ленивые и тупые… бесполезные, как этот туман!» - огромный червяк приподнял голову, и Нкири, выстроившиеся вдоль террасы, встревоженно зажужжали. Фрисс, едва заметно усмехнувшись, ответил – и царица, чуть помедлив, легла обратно.
«Посредник… да, так и есть, Гелису нужен посредник… Мы готовы платить, Речник Фриссгейн. Мы не готовы говорить с дикарями и ворами!» - гул стал таким громким, что Кесса зашипела от боли. «А ведь все, кто здесь – и все, кто в Гелисе – это слышат,» - подумала она, потирая висок. «Трудно думать, когда тебя бьют по голове!»
«Как мы узнаем, что тебе можно верить?» - гул стал тише, но Айзилинн придвинулась к террасе, разглядывая Речника. «Да, плата… но если тебе нужно не это? Вы, ушедшие так далеко от своего гнезда… я не знаю ваших мыслей, Фриссгейн. А легенды говорят странное. Мне нужно знать, как идут дела… Хорошо, пусть так. Она останется тут, в старых клетях. Она будет в безопасности. Матка твоего рода… ладно, пусть у вас по-другому. Будет время, и я в это вникну. Сейчас есть более важные дела…»
Снова под сводами зала пронёсся неслышный, но давящий на уши гул, и один из Нкири подошёл к Фриссу и встал рядом с ним. Едва заметно кивнув, Речник поднялся на ноги. Кесса зашевелилась, но он опустил руку ей на плечо, жестом приказывая сесть.
- Куда ты, Речник Фрисс? – растерянно мигнула она.
- В селение Аэнгисов. Кто-то должен поговорить с ними от лица Нкири. Сами пчёлы не справятся, - быстро и отрывисто проговорил Фрисс и положил дорожную суму Кессе на колени. – Это тебе, можешь посмотреть карты, если будет скучно.
- И т-ты уходишь… - она медленно поднялась, прижимая сумку к груди. Речник едва заметно усмехнулся.
- Да, прямо сейчас. Подожди меня вместе с Нкири. Они будут охранять тебя, как свою царицу. Расскажешь потом, какие у них обычаи.
- Ты уходишь в туман? Один? А если ты попадёшь в беду? – Кесса хотела схватиться за его рукав, но Фрисс проворно отдёрнул руку. – Я прикрыла бы тебе спину! Я умею стрелять…
- Это уже лишнее, - покачал головой Речник. – Не бойся за меня. Жив буду. Скоро свидимся, не скучай без меня!
Двое Нкири пошли за ним следом, ещё двое схватили Кессу за плечи – не больно, но крепко.
«Следите за ней!» - успела странница расслышать последние слова Айзилинн, когда её повели по бесконечным туннелям. Четверо воинов шли за ней.
«Значит, всё это гудение в голове – голос их царицы,» - думала Кесса, потирая висок. «Он так и летает тут от стены к стене! Хорошо, что я не Нкири, а то бы дед так и сидел у меня в голове с утра до ночи! Да, это уж точно…»
- Вот твоя клеть, з-з-знорка, - Нкири остановились перед очередной округлой дверцей, такой же, как все остальные дверцы в Гелисе.