- Флона поплывёт отдельно, её мост всё равно не выдержит, - сказал он, рассматривая плавучие островки. – Идём?
«Может, он и прочный,» - думала Кесса, цепляясь за перила, - «но никак не сухой! Эти штуки плавают отдельно, а между ними – вода!»
Островки заметно покачивались под ногами и слегка проседали. Сплетены они были рыхло, а связаны меж собой – двумя-тремя тросами. Течение натягивало верёвки, и с куска на кусок приходилось широко шагать, а то и прыгать. Флона плыла рядом, изредка пытаясь нащупать дно. Кесса смотрела на чёрный ил и гниющие у берега листья, и всё равно ей хотелось нырнуть в Келион. Горячий воздух едва струился над рекой, и пот заливал глаза, а одежда липла к телу. «Вот бы в городе нашлась купальня!» - тихо вздохнула Кесса. «Или хоть охапка сухих веток для костра… Так скоро на рубашке мох прорастёт!»
…Откуда-то пахло гарью, и чем дальше, тем сильнее. Кесса озадаченно мигнула, посмотрела на Фрисса – Речник пожал плечами.
- Натаниэль! Тут никто не живёт?
- Тут просто лес, Фрисс, - хеск был удивлён не меньше, чем люди. – Мокрый лес.
- Но гарью-то тянет, - Речник спешился и огляделся по сторонам. Туман всё ещё висел над холгами, и дым потерялся бы в нём – но и огня не было видно, и даже Квомта-Риу не слышал треска пламени.
- Тут не только гарь, - покачал головой Фрисс. – Похоже на плавленый камень… и земляное масло.
Густые холги расступились – и Двухвостка испуганно рявкнула и отдёрнула лапу от засыпанной пеплом земли. Огромное выгоревшее пятно зияло посреди леса, всё, что росло на нём, превратилось в золу и обугленные пеньки, земля вспучилась и покрылась трещинами. Там, где они сходились, зияла нора с неровными краями, глубокая, как Бездна. Чьи-то недогоревшие кости желтели рядом с ней – какой-то зверь с оторванными лапами и переломанными рёбрами. Что-то раздавило его – и, несомненно, раньше, чем пришёл огонь.
- Мне страшно, - прошептала Кесса и потянулась за ножом. Земля дрогнула, что-то проползло под ней, скрежеща и поскрипывая. Фрисс, помянув тёмных богов, выхватил мечи.
- Натаниэль, Кесса, готовьте водяные стрелы! Если появится – бейте в голову, меж усов, это их напугает! – отрывисто приказал он, подхлёстывая Двухвостку. – Флона, беги!
Панцирный ящер, переваливаясь с боку на бок, помчался по сожжённой земле, вздымая клубы пепла.
- Много их здесь? Давно они тут? – спросил Речник, оглянувшись на хеска. – Почему раньше молчал?!
- Кто – «они»? Я не знаю, Фрисс! Я никогда такого не видел, - замотал головой Натаниэль. – И никто не видел! Ты знаешь, что тут было? Кто тут живёт?
Речник смерил его недоверчивым взглядом и криво ухмыльнулся.
- Огнистые черви, больше некому. Хаэй! Вперёд!
Флона с рёвом врезалась в стену мха и пролетела ещё несколько шагов, волоча за собой вырванные с корнем «кусты». Когда она остановилась, запутавшись в зарослях, Речник спрыгнул наземь и окинул лес подозрительным взглядом.
- Я пойду вперёд, - сказал он, неохотно убирая один из мечей. – Стало быть, никогда раньше такого тут не было?..
Заросли сомкнулись ненадолго – не прошло и половины Акена, как Двухвостка испуганно рявкнула, вылетев из кустов на пепелище. Земля, покрытая золой и углями, мелко вздрагивала, в ней зияли норы. Кесса, привстав на панцире Флоны, заглянула в одну из них, но не успела ничего увидеть – Фриссгейн с силой надавил на её плечо, заставив её сесть.
- Речник Фрисс, ты убивал таких червей? – шёпотом спросила она. – Если вдруг он вылезет, что нам делать?
- Бежать, - буркнул воин. – Одного червяка я зарублю, но их тут не один…
Третья горелая плешь поджидала их за зыбкой стеной поникших папоротников. Жар огнистых червей пожёг корни, и деревья свесили до земли пожухшие листья. Серебристый холг с почерневшими ветвями стоял крепко – но Кесса отломила от него веточку и увидела внутри золу.
Едва путники вошли в сухой лес, как издалека донёсся трубный рёв. Невидимые за деревьями существа перекликались, и в их голосах Кессе слышался испуг. Флона, прислушавшись, громко рявкнула и помотала головой.
- Алайги, - буркнул Натаниэль. – Большие ящеры. Тут Келион недалеко.
- И черви повсюду, - Фрисс, не выпуская мечей из рук, прислушивался к подземному гулу. – Эти ваши ящеры прямо на гари пасутся?
- Тут всегда был лес, - нахмурился хеск. – Куда он делся?!
Заросли снова расступились – теперь уже окончательно. В паре сотен шагов от путников, за сожжённой равниной, изрытой норами, поднимался крутой склон холма, утыканный острыми кольями. Среди них петляли тропы, на отвесных стенах сменяясь лестницами, и стражники удивлённо смотрели на пришельцев с башенок, вознесённых над частоколом. Их золотистый мех сверкал на солнце.