…Лес поредел, и деревья, мелькающие внизу, уже не упирались ветками в облака. Островки молодых хвощей и низкорослых папоротников со всех сторон окружали торчащие из земли столбики. Их натыкали рядами, кое-где соединили перекладинами, и каждый из них был похож на огромную катушку, но вместо нити на них намотались тонкие живые стебли. Там, где кроны папоротников смыкались, из-под них виднелись груды трухлявых стволов и гнилой коры – и прорастающие сквозь останки деревьев пёстрые грибы – раздутые бесформенные комья, шипастые шары, пушистые воронки… Под деревьями мелькали светло-серые полосатые спины – мохнатые жители уже собирали урожай, и землистый запах грибов разносился по равнине. Промелькнуло внизу изогнутое русло реки, тень крыльев на миг упала на воду, и с пробирающейся мимо отмелей лодки долетели испуганные возгласы. Нингорс поднялся выше, из облачной дымки глядя на равнину. Клок пузырчатой небесной тины налетел на его крыло, на мгновение повис на нём и помчался дальше.
- Ох ты! – горячий ветер коснулся плеча Кессы, и она пригнулась. – Нингорс, влево!
Из облаков спускались, вытянув хвосты и прижав к телу крылья, светло-бирюзовые Клоа, и туман шипел, испаряясь на их горячей шкуре. Выстроившись клином, пожиратели энергии выписали дугу над рекой и, быстро снижаясь, устремились к тёмным башням за посадками плетеницы. Там на холме поднимались над полями крыши, выложенные чёрной блестящей черепицей, и сторожевые башни из хвощовых стволов, туда сворачивали дороги, переполненные повозками. Хвостатые тени скользили над строениями.
- Добрались, - буркнул Нингорс и, прервав ленивое парение, забил крыльями. Он летел к просвету между башнями, и Кесса не успела и глазом моргнуть, как внизу послышались крики, и мимо просвистела стрела.
- Нингорс, куда?! – обхватив его шею, она потянула хеска вправо, и он дёрнулся в сторону и замахал крыльями, набирая высоту. Ещё одна стрела пролетела мимо, слегка взъерошив шерсть на боку хеска. Он щёлкнул зубами и повернул голову к Кессе.
- Постой! Если ты влетишь в город через стену, стража очень разозлится! – торопливо проговорила она. – Лети к воротам!
- К воротам? – оскалился Нингорс.
- Да, так входят в город все, кто хочет мира, - закивала Кесса. – Лазить через стену – очень неучтиво!
Хеск сердито фыркнул, но всё же развернулся, стороной облетая башни, и, выписав широкую дугу, повис над пучком сходящихся дорог. Тут были ворота – странное сооружение из обтянутых чешуйчатой шкурой брёвен. Их развели в стороны, и в просвет с дороги вползала вереница вайморских повозок. Их паруса были спущены, дым из труб едва струился.
- Садись во-он туда, - Кесса указала на узкую тропу, ведущую к открытым дверям привратной башни. Оттуда уже махали им узким жёлтым полотнищем, привязанным к копью. Два десятка воинов обступили ворота, приглядывая за повозками, ещё десяток следил за дорогой со стены. У «калитки», устроенной прямо в башне, ждали своей очереди жители с корзинами. Сверху эти существа казались маленькими, но теперь Кесса была на земле – и никому из них не доставала макушкой даже до плеча.
Шум крыльев встревожил поселенцев, они оглянулись – и шарахнулись от чужака, испуганно шипя и скалясь. Двое стражников повернулись к тропе и наклонили копья, будто хотели подтолкнуть ими Нингорса. Алгана тихо зарычал, поднимая шерсть на загривке.
- Хаэй! – Кесса показала стражникам пустые ладони. – Мы – мирные странники. Не надо нас бояться.
Стражник, показав в ухмылке острые зубы, снова качнул копьём, Кесса оглянулась на боковой вход и увидела, что полосатые жители с корзинами уже миновали его. Из тени башни вышел рослый хеск в стальной чешуе. В руке он небрежно сжимал свиток, а рядом с ним шёл огромный крылатый кот, и его рыжевато-красная шерсть на ветру казалась языками пламени. Взглянув на Нингорса, кот прижал уши и посмотрел на воина.
- Вижу, - кивнул тот. Четверо стражников по его слабому знаку шагнули от дороги к тропе, а путники, наступавшие на пятки Кессе, отхлынули с испуганным шипением.
- Эльф? – спросил острозубый воин. Речница покосилась на белесые шипы, вырастающие из его скул. «А как они спят? Такие зубцы всю руку исколят…»
- Нет, о страж. Я – Кесса Скенесова, Чёрная Речница, - она сняла шлем и учтиво поклонилась. – Скажи горожанам, чтобы не боялись! Мы никого не обидим.
Стражники переглянулись и расплылись в ухмылках. Нингорс тихо зарычал.
- Знорка, - не без удивления отметил воин с котом. Крылатое существо на Кессу не обращало внимания – его взгляд был прикован к Нингорсу, и хвост кота качался из стороны в сторону.