Дверная занавесь зашуршала, пропуская в прохладную тень Риву, и та, остановившись, стянула с головы пёстрое покрывало. Вместе с ней в комнату просочился запах нагретой солнцем хвои и смолы – побагровевшие деревья пахли так же, как зелёные.
- Сегодня видели отряд Волны, который ведёт Алгана, - сказала Рива, присаживаясь на скатанную циновку. – Хвала богам, он пролетел в стороне и нас не видел.
- Где он сейчас? – встрепенулась Кесса. Нингорс приподнял голову и недобро оскалился.
- Летел в Зеленогорье. Если вы улетите завтра, вы с ним уже не встретитесь, - заверила хеска. – А лучше – вылетайте послезавтра. Я видела его вблизи, и я с ним встречаться не советую.
- А, нам уже некуда спешить, - вздохнула Кесса, отгоняя непрошеные видения выгоревших пещер, почерневшего обрыва и стервятников, пирующих на прибрежной гальке. – А что со «Сполохом»? Приделали к нему печь?
- Трубу строят, - ответила Рива, чему-то усмехаясь. – Только он теперь не «Сполох». Я поговорила со всеми Итулау, и соседи и дальние родственники тоже согласились, - мы назвали его «Водолёт».
Часть 12. Главы 26-27. По следам Волны
Глава 26. Зеленогорье
Дрожащий алый свет коснулся век, и Кесса, вздрогнув, открыла глаза. Разбудило её не солнце – оно спряталось в тучах. Зеркало Призраков светилось багряным, и по его глади перекатывались красные волны. Кесса с трудом села, потирая ноющую руку, подняла на ладонях древнее зеркало, подула на него – алая рябь задрожала, но стекло даже не помутнело. Оно не хотело ничего отражать, и Речница прикрыла его рукой.
Рядом заворочался Нингорс, с хрустом потянулся, разминая крылья, и выпутался из красной травы. Тонкие стебли закачались, осыпая землю невызревшими мёртвыми зёрнами.
- Воды, - буркнул Нингорс, принюхиваясь к холодному ветру. Трава шелестела, колыхаясь, как озёрная гладь, издалека долетал запах мокрых веток, стекающей по стволам смолы и горьких рябиновых ягод.
- Ал-лийн! – Кесса подняла на ладони раздувающийся водяной шар – и охнула, выронив его в траву. Чистейшая вода окрасилась болезненной желтизной, и от неё заметно попахивало гнилью.
- Что с тобой? Чего испугалась? – Нингорс подобрал помутневший водяной шар и погрузил в него морду. Его жажда была сильна – шар вмиг сдулся до пары капель и истаял. Кесса потрогала мокрую травинку, поднесла руку к лицу – гнилостный запах никуда не делся.
- Ал-лийн, - прошептала она, складывая вместе ладони. Водяной пар, сгущаясь, подул на них прохладой – и сразу же Кесса почуяла гниль и увидела, как вода, собираясь по капле, окрашивается жёлтой мутью. Речница, задержав дыхание, сделала глоток.
- Красная трава и жёлтая вода, - прошептала она, допив остатки. – Речник Фрисс рассказывал, как это бывает. Золотень - вот что это такое. Яд Волны в каждой капле воды.
- Вода как вода, - отмахнулся Нингорс, разминая крылья и растирая запястья – и его лапы онемели от долгого лежания в траве. Он оглянулся на пройденную границу, втянул воздух и негромко рявкнул.
- Улетаем, - сказал он, подбирая с земли сбрую и накидывая на плечи. – Крепи ремни!
- Улетаем, - кивнула Кесса, скрепляя разрозненные части и продевая ремешки в прорези. – Что у тебя с крылом? Оно висит криво…
Крылья хеска никак не складывались – кости топорщились, перепонки обвисали, и ни свернуть, ни расправить их он никак не мог. Сделав пару шагов, он встряхнулся всем телом и недовольно рявкнул – ноги тоже плохо слушались его. Хлестнув хвостом по траве, он пригнулся и подсадил Кессу на спину.
- Крыло цело, в брюхе пусто, - буркнул хеск, отталкиваясь от земли. – Волна была тут недавно, вся дичь разбежалась. Никого не чую…
Едва они взлетели, печальный вой падальщиков взметнулся из травы им навстречу. Над красной степью, на краю овражка, под свисающими ветвями ивы двое Войксов терзали чьи-то тела. Еды им осталось немного – Кесса увидела в серой лапе падальщика обглоданную дочиста кость. Войкс пытался разгрызть её и недовольно топорщил иглы на спине – кость не поддавалась.
- Эта битва была давно, - прошептала Кесса. – Видимо, Волна притихла… или здесь у неё не было врагов.
Горячий ветер коснулся её щеки, и знакомый жар опалил запястья. Развернувшись, Речница увидела, как границу – стену вязкого красноватого воздуха – рассекает широким лезвием клин летучих демонов. Клоа, окутанные зелёным сиянием, прорывались сквозь алую муть, и Кесса видела, как в границе появляется белесый просвет, а за ним колышется тёмной волной многотысячный отряд. Клоа выстроились в ряд, развернулись над степью, устремляясь к стене, - вырезанный ими просвет был слишком узок, и армия Волны пройти не успевала.